А какой Аррой настоящий? Если он настолько легко перевоплощается, где гарантия, что не играл роль рубахи-парня до этого?

Хотя… Алекс был очень хорошим разведчиком. И умел различать ложь почти что как полиграф. Да и придумывать на ходу детали, на чем и прокалываются вруны, трудно.

— Ну не совсем так, — улыбнулся Пол, становясь самим собой. — Но примерно. Вот еще… — он чуть изменил позу, как бы осев на один бок. — Твоя рана ограничивает движения, и ты сидишь вот так. Еще иногда складываешь пальцы, будто держишь сигарету. И вот тут, — он протянул руку и аккуратно провел пальцем ему между бровей. — Тут складка такая выразительная, ее придется гримерам подрисовать, уж больно характерная. А еще по твоей походке видно, что ты едва ли не с рождения в армейских ботинках ходишь. Ну и прочее, прочее, прочее. Мне придется все это учитывать, когда я буду тебя играть.

Или сумел бы? Алекс вытащил пачку. Вытащил сигарету, привычно протянул пачку Полу и прикурил, раздумывая. Аррой профессионал. Вон сколько нюансов углядел всего-то за сутки. Может, и про кругосветку придумал?..

Нет! Нет-нет-нет. Ну или перед ним гений перевоплощения. Потому что так изобразить любовь к мотоциклу хрен получится.

Да и с другой стороны, даже если Аррой сейчас в очередном образе, Алексу-то какой с этого хуй? Что вот такого Пола он бы трахнул, а манерного избалованного кинозведуна вздул? Так и суперкрутой хороший парень, и цирковой клоун уберутся отсюда через неделю-другую в свой мир камер и хлопушек. А трахать Алекс не будет ни того, ни другого. Просто потому что слишком большим геморроем это может обернуться.

— Ты долго этому учился? — спросил, почти докурив сигарету. — Или с младенчества всякими там принцами-героями наряжался?

— Ну да, — Аррой простодушно пожал плечами. — Я же всегда хотел стать актером. Так что угадал в обоих случаях — и учился, и с младенчества тренировался. Мне нравится возможность проживать десятки чужих жизней, любить, ненавидеть, умирать, а потом как ни в чем не бывало возвращаться в свой собственный уютный мир. Ты ведь не видел моих фильмов? — прозвучало совсем утвердительно. — Так вот, они все разные.

— Шизофренией попахивает, — хмыкнул Алекс. — Но каждый выбирает свое. Мне нравится быть военным. Не спорю, половину всех, находящихся на этой базе, привело сюда материальное положение. Еще треть — фанатики. А для меня армия — это дом. Надежный, нерушимый.

Пол некоторое время смотрел на него, изредка вспоминая о сигарете, а потом осторожно спросил:

— Ты часто выбираешься в город? Я так и думал, — кивнул, когда Алекс резко мотнул головой.

— Я достаточно бываю на заданиях, и когда появляюсь на базе, то или валяюсь, отлеживаясь от очередных ранений, или молодняк гоняю, — пожал Алекс плечами.