Им не требовался отдых, а нас не сносило порывами ветра, хотя я только и успевала замечать мелькающие деревья.

Мы добрались к закату. Голодные и уставшие от долгой езды, а оттого слишком нервные и злые застыли перед воротами в город.

Стражи не было.

На окраине города вообще никого не было.

Келеавин вел нас в одном ему известном направлении, но я не переживала об ошибке. И пусть демон оставался таким же настороженным, как после ритуала, я знала, что скоро все закончится. Хорошо или нет покажет время, а пока буду надеяться на лучшее.

Наконец-то появились жители. Веселые, красивые, взбудораженные чем-то они весело переговаривались и кажется отмечали праздник. Нас замечали сразу. Я видела, как глаза оборотней расширяются от шока, как они падают ниц, а кто-то и вовсе тянет руки в нашу сторону. Мы не останавливались, продолжая путь. Разве что передвигаться пришлось медленно, чтобы случайно никого не затоптать.

Взгляд зацепился за проулок. Обычный, ничем не примечательный. Таких проулков сотни во всех городах. Но почему-то показалось, что именно его я знаю. И снова знакомая улица.

Я никогда не была в этом городе, не знала его название и где он расположен на карте, потому что мы прибыли сюда, положившись на демона, но… Я знала этот город.

Шум нарастал. Оборотней становилось все больше. Кажется, Келеавин вел нас в самый центр. И точно.

Площадь в центре города оказалась заполнена вся. А хмурый демон вел нас дальше, в самую гущу. Туда, где раздавался свист и смех обороней громче всего. Перед нами расступались, образуя живой коридор. И я поняла, откуда знаю этот город, увидев статую.

Я видела его во сне. Лисица когда-то показывала мне, где смелая девчонка с девятью добровольцами, провела ритуал, призывая Великого духа, осушая магические озера и втягивая магию через проводников в себя. Я собиралась найти этот город и вернуть миру его магические источники. Только вот… Все это стало неважным.

В центре площади, привязанный к статуе, той самой, что хранила в себе частицу божественной сущности, был привязан мой демон. Голый, с располосованной от плетей кожей, он висел с безжизненно поникшей головой.

«Они празднуют казнь», — чудовищная, из-за своей сути, мысль, добавила последнюю каплю в бурлящий котел моей боли и ярости. — «Казнь, где любой желающий может почувствовать себя палачом ненавистного демона».

Тихий свист рассекаемого плетью воздуха ещё долго будет звучать в моих ушах.

Я закричала, вкладывая всю боль и ненависть в этот звук. Выплескивая все то, что не могла обратить в слова. Мой крик громом опустился на город, пугая своим звучанием и силой. Потому что кричала не одна. Лисица, чья капля божественной силы была вновь осквернена, вторила мне, отпуская на волю ярость на собственный народ.