Правда, только до того получения брачной метки. Дальше — полная верность.

Андрей, хотя и шугал моих малолетних поклонников, сам монахом не был — и охотно пользовался свободными нравами в клане. Случайно я подслушала разговор моего пьяного братца с его товарищами: попивая пиво, они совершенно обыденно обсуждали девушек, у которых с ними был секс — в грязных подробностях и сравнениях. Это сейчас, по прошествии лет, я понимаю, что Андрей не смотря на положение беты и огромную власть, всё — равно оставался молодым двадцати трехлетнем парнем. Если мужчина сдержится, не назовёт случайную подругу обидными словами — то парни, желая самоутвердиться, частенько и прибавят чего — нибудь этакого. Тогда мир вокруг меня снова перевернулся. Я не могла обидеться на брата — он был слишком близким для меня человеком, поэтому я сделала единственное, что могла — перестала обращать внимание на мальчиков. Много их у меня там было в тринадцать — то лет? Но кто помнит свои тринадцать — четырнадцать лет поймёт, как много значило для бушующего гормонами подростка совсем отказаться от внимания противоположного пола. В общем, я забросила своих подружек, вместе с которыми мы гуляли по району возле дома, забросила школьные огоньки — и погрузилась в учёбу. Да так удачно, что в конце — концов закончила школу с серебряной медалью.

На моём выпускном Андрей сиял словно начищенный чайник. В сущности — было от чего: молодой парень отлично справился с воспитанием упрямой человеческой девчонки. Лишний раз подтверждался его статус беты стаи — руководить, замещая Альфу.

Получив заветный диплом с медалью, я была просто счастлива. Обнимала брата, радовалась достигнутому успеху и планировала своё будущее. И опять, мне помог Андрей: несмотря на приличные знания и отличные оценки, поступить в московский вуз оказалось не так то просто. Вроде бы, простой аптечный провизор — но конкурс в тот год был необыкновенный. И мне очень повезло, что брат, обнаружив меня рыдающую в гостинице, быстро решил вопрос с учёбой. Так я временно перебралась в Москву, навещая брата и родной клан лишь изредка, во время каникул. Надо сказать, что столица в моё лице приобрела мало: несмотря на то, что училась я на платном, я именно училась, а не просто весело проводила время, а потому все мои вылазки из дома (однушку мне также оплачивал Андрей) заканчивались где-то в районе научных библиотек. Благо, в Москве их достаточно и на любой вкус. Так, однажды заглянув в библиотеку Рудомино, с удивлением обнаружила там курсы испанского от самого института Сервантеса— и, вспомнив свои школьные потуги охватить сразу два языка: английский и испанский(язык, не чужой для нашего Альфы) — с радостью продолжила своё обучение на этих курсах.