И везде пыль да паутина – хоть собирай её на нитки и вяжи потом носки.

Книги тоже старые. Точнее, древние. Корешки были расписаны чем-то средним между иероглифами и арабскими символами. Переплёты, где толстые, где тонкие, а кое-где тонюсенькие, но казалось, тронешь книги хоть пальцем или дыхнёшь чуть сильнее, и книги рассыплются на мириады частичек!

Деревянные (не каменные) стены библиотеки были сплошь усеяны глубокими трещинами, впрочем, как и высокий потолок с полом.

А многочисленные журнальные столики и вовсе были прогнившими, а некоторые и вовсе развалившимися и больше напоминали трухлявые трупы.

Сколько же следов осталось от былых мгновений в переплётах старых книг. Мысли древних поколений, других рас, магия, сказания, легенды, тайные знания, романы – всё было здесь.

— Нравится? — спросил меня Саймон печальным голосом.

А я прервала затихшее дыхание. Даже не заметила, что перестала дышать, будто боялась спугнуть эту мёртвенно-грустную тишину, тлен древности и сон тысяч или миллионов книг.

— Здесь столько книг… — произнесла я изумлённо, но при этом восхищённо.

— Я знаю каждую из них. Знаю, где стоит учение моего предка об огненной магии, где рассказы эльфа, побывавшего в мире фениксов и его рассуждения. Тут собрание книг не одной расы, Полина. В этой библиотеке есть древние свитки и книги из твоего мира тоже. Я когда-то был не только воином, но и книжником. Люблю читать.

Не знала, что сказать, и поэтому сказала о том, что и так было логичным и понятным.

— Вы, наверное, все эти книги прочли.

Саймон хмыкнул.

— Я знаю каждую из них на память.

Мы пошли вперёд. Пол под нашими ногами скрипел, местами прогибался, и я переживала за то, как бы он вообще не провалился.

Летать я не умею.

Мы шли, шли, шли вдоль бесконечных стеллажей и вот Саймон остановился у одного стеллажа, и сказал:

— Здесь я проводил больше всего времени. Тут стоят легенды всех миров. Мне нравилось читать о подвигах бесстрашных воинов, философские легенды и притчи.

Он ещё что-то говорил, а я глядела и поражалась тому, как эта библиотека могла взять и исчезнуть? И почему?

Сделала шаг назад и вдруг моей спины что-то коснулось. Резко обернулась и взвизгнула!

На меня в упор чёрными провалами глазниц глядел прислонённый к шкафу скелет!

Не белый учебный, а серо-жёлтый в истлевшей одёжке и с застывшими на костях гнилыми кусочками… чего? Жил? Мяса?

Фу-у-у-у-у!"

"— Что ты кричишь? — недовольно проворчал дракон. — Это смотритель библиотеки – Кэл. Он остался здесь, когда комната пропала и выйти отсюда не смог. Даже я не помог ему, хоть и пытался. Ведь я владел магией даже после смерти. Так Кэл и умер, но хоть среди мыслей великих умов.

Вздохнула и прислонилась спиной к противоположному стеллажу. И совершила ошибку.