Иван с удовольствием поиграл бы в эту игру, только не сейчас, когда они так неприлично одеты, и нет даже намёка на интим.

— Верю. Дальше.

— Отпустите Костю. Пожалуйста. Позвольте ему начать жизнь заново. А я… Я пересмотрела свои решения, принятые ранее. И готова дать вам шанс.

Бекет открыл рот, но тут же его захлопнул. Будет интересно послушать.

— Почему вы молчите? — девочка явно жаждала поддержки, но не тот случай. Сама, милая. Сама.

— Жду, пока ты закончишь свою мысль.

Она тяжело вздохнула, резко встала со стула и, обойдя стол, остановилась напротив его кресла. Иван медленно развернулся к ней лицом, и девчонка закрыла глаза. Что-то пробубнила себе под нос, завела руки за спину. Послышался звук расстегиваемой молнии, синее маленькое платье, чтоб его, свалилось к ногам девчонки.

Охренительный бонус к пирожкам.

— Кажется, я тебя предупреждал, чтобы не провоцировала. Так чего ты сейчас добиваешься? Что это за показательное выступление?

Девушка растерялась, побледнела, потом покраснела от кончиков волос до пяток, но не отступила.

— Я решила… Попробовать. С вами. С тобой. Вот.

Прошёлся взглядом по маленькой, симпатичной груди, розовым соскам, ниже — туда, где чуть выпуклый женственный животик и аккуратно выбритый лобок под тонкой полоской кружев. Неужели, и правда, пришла отдаться ему прямо в кабинете. Соблазнительница, блять, сопливая.

А глаза по-прежнему испуганные. Трусиха.

— Что ж тебя из крайности в крайность бросает, а, Милана? То ты не готова расстаться со своей девственностью даже под страхом казни, то сама ноги раздвигаешь. Гормоны? Или проверяешь границы дозволенного? Так я не железный, девочка.

Растерянно заморгала, неловко переступила с ноги на ногу и, не выдержав его взгляда, прикрыла грудь руками.

— Я всё решила. Теперь уже точно. Вы будете… или нет? — немного обиженно. Видать, девочка ожидала чего-то другого. Что он набросится на неё и изнасилует, как в лучших фильмах про серых мышек и поехавших мозгами миллиардеров. А потом осыплет её лепестками роз и признается в любви, при этом непременно встав на одно колено.

* * *— Буду что? — Мне кажется, или он действительно злится? Да… Так-то к другому я готовилась. — Пирожок, кофе или тебя? — точно злится.

— Иван Адреевич, я всё решила и, если вы думаете, что я в последний момент передумаю…

— Я ни хера не думаю, Милана! — повысив голос, вперился в меня потемневшими глазами. — Быстро оденься и не буди во мне зверя! — рявкнул, подаваясь вперёд, и я ужасе отскочила назад. Подхватив своё платье с пола, быстро натянула его обратно. В сотни раз быстрее, чем надевала в своей комнате.

Развернувшись на каблуках, бросилась к двери, но голос Бекета остановил на полпути:

— Стоять! Вернулась назад и села в кресло!

Вернулась и села.