Даже этот Бекетов на нем получился нормально. Обманчиво умные насмешливые глаза. Бугрящиеся под футболкой мышцы… Такой себе брутальный самец. И я как фея на его фоне. Нет-нет. Никаких репостов.

Сторис со мной сменяет следующая. Я мажу пальцем, чтобы вернуться, и по неосторожности жму лайк. Черт!

«Ты забыла репостнуть. Так эффект от рекламы будет ощутимее».

Нет, он все-таки неподражаем! Думает, если я не перепостила его величество себе, то исключительно по незнанию? Вот бы мне такое самомнение, а? Чуваку даже в голову не приходит, что я, блин, просто не захотела.

«А Дэма репостнула», — прилетает следом.

Это он мне сейчас предъявляет, или что?

«До сих пор дуешься на меня за утро?»

Закатываю глаза. И строчу в ответ:

«Просто не вижу смысла продолжать общение».

«Почему? Ты мне понравилась».

Ох уж эта святая простота!

«Я состою в отношениях. Хорошего вечера».

Вру, конечно. Никаких отношений у меня нет. Но я четко для себя решила, что будут. Вот только мама домой вернется, и я сразу пойду на свидание. С этой целью я даже зарегистрировалась в Тиндере. Правда, потом закрутилась, и дальше этого дело не зашло. Но я обязательно все исправлю. Только маму спроважу, ага…

— Сара! Ну, ты куда пропала?

— Я тут. Болтали с Давой.

— Минут пятнадцать, и будем есть.

— На ночь глядя…

— Кто виноват, что ты так поздно возвращаешься с работы?

— Мы только открылись, мам. Штат недоукомплектован. Со временем все утрясется.

Сажусь за стол, подтягиваю к груди ногу. Квартиру я взяла уже с ремонтом и даже менять ничего не стала — настолько тот оказался нам с Давой по вкусу.

— Ты уж с этим поторопись. А то так и будешь одна.

Вообще у меня, конечно, удивительная ситуация. Если маму послушать, так она только за, чтобы я начала с кем-то встречаться. Проблема в том, что ей никогда не нравятся мои ухажёры. Стоит мне ее с кем-нибудь познакомить, и начинается ад. Теперь я умнее и решила держать свои потенциальные отношения в тайне.

— Угу…

— Даже тот подонок женился!

Подонком мама называет лишь одного человека. Давиного отца. Конечно, мой сын не знает, да я и сама стараюсь забыть, что он родился в результате насилия, которое я, слишком юная и неискушенная, даже поначалу не идентифицировала как таковое. Я же сама пошла с парнем в спальню? Сама. Сама его целовала? Сама. А то, что он сделал дальше, проигнорировав мое четкое «нет», я, наверное, тоже сама спровоцировала. Мне так ужасно стыдно было потом, так невыносимо страшно, что я никому о случившемся не сказала. Лишь когда живот стал расти… пришлось. Мама была в ужасе. Мама не могла понять, почему я с ней не поделилась, ведь мы были очень близки. А я не сумела дать ей хоть сколько-то внятного ответа. Хотя он был на поверхности — я просто не могла пережить того, что так сильно ее подвела.