ГЛАВА 3

— Красавец! — резюмирую я, покрутив мордаху Давы из стороны в сторону.

— Вот куда ты его отдала? Вот куда? — гремит кастрюлями мама, создавая в кухне никому не нужную суету. Нет, не подумайте… Маму я обожаю. Очень многим в жизни я обязана именно ей. Даже сыном. Но, господи, как чудовищно я от нее устала!

Открываю пакет с картошкой. Мама не поймет, если у нас на ужин не будет горячего, и, несмотря на то, что я чертовски упахалась за смену в цеху, мне нужно помочь ей с готовкой.

— В лучшую в стране школу кикбоксинга.

— Видела я эту школу!

— Ага. Вот и чего ты туда поперлась? — бурчит Давид.

— Дава! — вяло одергиваю сына.

— Ты слышала? Слышала, как этот босяк со мной разговаривает?

— Ба! — психует Давид.

— Куда пошел? Сейчас ужинать будем!

— Не будем. У меня режим.

— Их в той школе еще и голодом морят, — фыркает мама.

— И это нормально. У него спортивная диета, я же тебе уже сто раз это объясняла, — вступаюсь за сына. — Кстати, Дав, ее уже расписали? Есть отличия от той, которой мы придерживались дома?

— Понятия не имею. Еще не все анализы готовы.

— Ясно. Ну, как будет — сразу сделай мне копию. Угу? И по добавкам. Сейчас не все в магазинах в наличии. Возможно, придется через Америку заказывать. Я уже нашла варианты.

— Придержи коней, мамуль. — Давид до хруста в костях потягивается. — Как я понял, школа закупается централизованно.

— Да? — искренне восхищаюсь я таким раскладом и перевожу на мать торжествующий взгляд: — Вот, а ты говоришь! Все организовано на высшем уровне, не то что у нас — кто как мог, тот так и выкручивался.

— Как бы это не было организовано, я против, чтобы Дава занимался кулачными боями.

Не желая вступать в спор, притворяюсь ветошью. В открытом противостоянии с матерью у меня ноль шансов. Хотя нет, в том, что касается интересов сына, я все-таки могу проявить твердость и настоять на своем.

— Кроме кулачных боев он много чем занимается, мама. Ты же не забыл, что у тебя иврит?

— Помню, — Дава вздыхает и выходит за дверь. Ощущая легкое чувство недоговоренности, иду за ним следом.

— Ну, ты чего? Случилось что-то? Не заладилось в команде? Или заниматься не хочешь?

Я так его люблю, что любые неудачи сына изводят меня хуже собственных.

— Почему сразу «не хочу»? Просто устал.

— Не рано? Учебный год только начинается. Спорт спортом, но учиться нужно, Давид. А то видела я сегодня одного спортсмена. Двух слов связать не может, такое жалкое зрелище.

— И где же ты его видела? — лыбится сын.

— Ко мне в кофейню заходил, где ж еще?

— Может, он просто тупой, и спорт тут ни при чем. У нас в команде дурачков нет. А о тренерах и говорить нечего.

— Значит, у тебя все же остались хорошие впечатления от первой тренировки? — сосредоточенно свожу брови.