Остановившись, чтобы перевести дух, Ханс попытался сориентироваться. Задачка оказалась не из простых. Заметенный снегом пейзаж, едва проступающий сквозь белую мглу, казался весь одинаковым, и разглядеть путь прямо перед собой было ничуть не легче, чем возвышающиеся вдалеке горы. Неожиданно сквозь завывания ветра послышалось жалобное потрескивание стиснутой льдами деревянной обшивки… и Ханс догадался, что находится где-то возле гавани. Когда же ветер чуть улегся, он сумел разглядеть в вышине даже клочки голубого неба среди туч.

Внезапно впереди что-то мелькнуло – не более чем тень, легкое движение. Смутный силуэт то появлялся, то исчезал среди сугробов, но чем светлее становился день, тем яснее проступали его очертания. К великой радости Ханса, скоро он опознал в нем Эльзу. Он уже открыл рот, чтобы издать победный клич, но спохватился: вовсе ни к чему выдавать королеве свое присутствие. По крайней мере, сейчас.

Ханс побежал вперед, стараясь двигаться как можно тише; на его счастье, на рыхлом снегу это было несложно. Расстояние между ним и королевой быстро сокращалось. Когда до нее оставалось всего несколько футов, он замедлил шаг. Похоже, королеве было ничуть не легче сражаться с непогодой, чем ему. К тому же побег из башни отнял у нее много сил, и она уже не могла управлять этой метелью, как раньше. Что ж, именно это Хансу и требовалось. Чем слабее Эльза, тем легче ему будет убить ее.

– Эльза! – крикнул он и с удовольствием заметил, как она вздрогнула. – Тебе не уйти!

В несколько шагов он нагнал королеву и остановился перед ней.

При виде Ханса Эльза испуганно попятилась.

– Береги мою сестру, – умоляюще сказала она, когда очередной порыв ветра захлестнул подол ее платья вокруг лодыжек.

Ханс сдержал рвущийся наружу жестокий смех. Неужели Эльза искренне думает, что в ее жалком положении может просить его об услуге? Она же полностью в его власти. Он один знает, что произошло на самом деле, а королеве ничего не известно. Откуда ей знать, что он запер Анну в библиотеке и оставил умирать от холода? Она-то до сих пор считает его юным принцем, потерявшим голову от любви, и не догадывается, что все случившееся – лишь воплощение его плана проложить себе дорогу к трону. А впрочем, что ему стоит еще пару минут попритворяться, что Анна ему дорога? Это может оказаться полезным, чтобы одолеть Эльзу.

– Твоя сестра? – сказал он, стараясь вложить в свой голос побольше благородного гнева. – Она вернулась с гор вся замерзшая, еле живая. И сказала, что ты заморозила ей сердце.

– Что? – Эльза в ужасе затрясла головой. – Нет!

Ханс с удовольствием наблюдал, как исказилось от боли лицо королевы. «Любовь, – с презрением подумал он. – Она только делает людей слабаками – даже таких могущественных, как Эльза».