К сожалению, визит оказался настолько неудачным, что за последующие семь лет мать Дэна ни разу не навещала своего родственника.

Чарли никогда не говорил свояченице, где он встретил свою новую жену, и не удосужился никому объяснить решение жениться снова после стольких лет спокойного и безмятежного вдовства. Но миссис Мэтьюс хватило одного взгляда на Коринн, чтобы самой разобраться в ситуации без всяких объяснений. «Да, несмотря на острый ум и ясную голову, Чарли подошел к порогу старости», – решила почтенная женщина.

По мнению миссис Мэтьюс, новая миссис Стеддон абсолютно не подходила Чарли. Она была высокой, довольно привлекательной, но слишком вызывающе одевалась. Обтягивающие футболки и узкие джинсы, которые она предпочитала носить, подчеркивали пышную грудь и округлые бедра. Ее темно-синие глаза выгодно оттенялись поразительно светлыми волосами, несомненно обязанными своей белизной флакону с краской, а не природе.

Все три дня, пока миссис Мэтьюс гостила у Стеддонов, лицо Коринн было покрыто толстым слоем косметики, нанесенной, по твердому убеждению матери Дэна, чтобы скрыть хищные черты за ангельским ликом. Однако миссис Мэтьюс с первого взгляда поняла, что Коринн была дерзкой испорченной особой и обладала твердым, как гранит, характером. Одним словом, настоящая хищница.

Но что хуже всего, Коринн не делала ни малейшей попытки скрыть, что она намного моложе мужа. «Интересно, – подумал Дэн, – как при всем желании юная девушка могла заставить себя выглядеть так, как подобает жене закаленного жизнью пятидесятидевятилетнего мужчины».

Оправившись от первоначального удивления при вести о женитьбе дяди, Дэн не позволил мыслям о молодой супруге Чарли вмешиваться в прекрасные отношения, сложившиеся между двумя мужчинами. Ему удалось достичь этого, представляя, что Коринн просто не существует в природе. Годы студенчества Дэна пришлись на конец бурных шестидесятых, и ему нравилось думать о себе как о свободомыслящем человеке, не имеющем предрассудков, особенно когда дело касалось личной жизни и пристрастий других. Но как ни старался, Дэн не мог оправдать вторжения Коринн в жизнь Чарли. Девятнадцатилетняя девочка, которая выходит замуж за преуспевающего владельца крупной компании на сорок лет старше ее, вряд ли испытывает к мужу романтическую привязанность.

Дэн нетерпеливо отмахнулся от своих мыслей. Он взялся за массивное дверное кольцо в виде львиной головы и громко постучал.

Коринн сейчас должно быть двадцать шесть лет. Ей двадцать шесть – и она владелица всего состояния Чарли и пятидесяти одного процента акций «Дэнстед Корпорейшн» в придачу. «Семь лет игры роли примерной жены неплохо окупились», – цинично подумал Дэн.