Все потому, что одна потрясающая блондинка с огромным бюстом и полным отсутствием нравственных принципов каким-то образом ухитрилась убедить всегда трезвомыслящего Чарли переписать завещание».

Губы Дэна сжались в узкую полоску. Чарли умер месяц назад, в возрасте шестидесяти шести лет. Дэн узнал об этом, находясь в Гонконге. Хотя большую часть жизни Чарли пил сколько хотел и был заядлым курильщиком, Дэна все же поразило известие о его кончине. Чарли был ему не только родственником, но и деловым партнером и другом. По крайней мере, Дэн думал, что они друзья, до последнего разговора с адвокатом компании Фрэнком Голдбергом. Однако сейчас он начал сомневаться в этом.

Тропический шторм у побережья Гонконга не позволил Дэну вылететь вовремя на похороны Чарли, так что он еще не успел высказать бывшей миссис Стеддон все, что он о ней думает. В этой неприятной истории лишь предвкушение ожесточенной борьбы подбадривало его и давало импульс разделаться с интриганкой.

Дэна приводила в бешенство мысль о том, что скорее всего он будет вынужден выкупить долю вдовы Чарли, но Фрэнк ясно дал понять, что иного выхода нет. Дэн уже отдал при разводе состояние своей бывшей жене и не желал жертвовать заработанными с тех пор средствами, чтобы расплатиться за необъяснимую страсть Чарли к женщине, годившейся ему во внучки.

Такси остановилось на подъездной аллее, окружавшей огромный дом, проектировщик которого, вероятно, был увлечен средневековой архитектурой – дом был похож на германский замок. Над одной из угловых башенок возвышалась гигантская телевизионная антенна, столь неуместная здесь, разрушающая старинный стиль здания. Тщательно продуманная оросительная система защищала пышные клумбы розовой и красной герани от иссушающего дыхания денверского зноя. На массивных, обитых железом воротах был установлен целый комплекс прожекторов, видеокамер и прочих устройств электронной сигнализации. Несомненно, вдова Чарли хотела, чтобы ее великолепный старинный особняк был оборудован по последнему слову техники.

– Приехали, дружище, – не оборачиваясь, сказал таксист. – Роки Кэньон-лейн, четыре.

– Спасибо. – Дэн заплатил шоферу и вышел из машины."

"Пересекая вымощенный плиткой двор, Дэн с интересом оглядывался вокруг. У самого Чарли была небольшая квартира в Манхэттене, где они с племянником встречались, чтобы обсудить дела компании. Однако Дэн никогда не был в колорадском доме своего партнера и никогда не видел его жену.

Несмотря на это, у него сложилось четкое представление о ней благодаря матери. Услышав ошеломляющую новость о свадьбе зятя, миссис Мэтьюс сразу же примчалась в Денвер.