Фу, какая мерзкая! Так напрягается, чтобы не засмеяться, только бы не пукнула от напряжения, как это делала, когда ей было восемь или девять лет!

— Камила? — уточняет отец.

— Я согласна стать его невестой, — говорю без эмоций.

— Скажи как следует, — просит отец.

— Я приняла предложение Довлата Лорсанова стать его невестой.

— Благословляю! — мгновенно соглашается отец.

— Тогда я не стану терять время впустую, заберу девочку прямо сейчас. Нам еще нужно приехать в мой дом до наступления темноты, а сегодня обещали ливень. Поэтому попрошу Камиллу собрать необходимые вещи.

— Одобряю, — кивает отец."

"— Камила, — обращается ко мне Лорсанов. — Собери вещи, рекомендую взять только самое необходимое и незаменимое. Всем остальным я тебя обеспечу.

Вот спасибо!

— Можешь идти, — отпускает меня жених. — Мне нужно обсудить еще несколько нюансов с твоим отцом.

Я выхожу из кабинета, плетусь в свою комнату.

Выкатив самую большую сумку, что смогла найти, начинаю собирать свои вещи.

Самое необходимое, стучит в висках. Только самое необходимое!

Это же должно быть так просто!

Я начинаю с белья, самых любимых вещей, еще беру свои украшения, любимые книги. Учебники тоже взять нужно… Так много вещей, сумка начинает казаться маленькой.

Внезапно до меня доходит, что нужно вместить в одну сумку почти двадцать лет своей жизни под крылом отца в его доме. меня вырывают из привычного места, из дома родных. С мясом, жестоко обрывая корни и привычные связи.

А ведь я даже не знаю, где этот гадкий Лорсанов живет.

В каких условиях? Вдруг он в общежитии ютится?

Я слышала, что военные неприхотливые, даже те, кто при деньгах, могут обходиться малым. Вдруг и я… и мне… придется тоже пользоваться малым?!

Вдруг он живет так далеко, что все его слова о разрешении заниматься танцами — просто пыль?! Смогу выбираться раз в две недели, в лучшем случае, и все… На танцах можно смело крест поставить!

Моя сделка с ним может оказаться провальной. По всем пунктам!

Почему… Почему я поторопилась ответить согласием и не расспросила его, как следует?!

Мои печальные мысли прерывает посторонний звук. Слышу шаги, которые замирают возле двери в мою комнату.

Я стараюсь придать своему лицу невозмутимое выражение. Я же должна быть сильной! Пусть никто не увидит, как мне грустно.

Кто пришел?

Галия, разумеется.

Стоит, крысильда, в дверях и рассматривает мою комнату своими бесстыжими глазенками.

— Что смотришь?

— Мне всегда нравилась эта комната. Такая солнечная, — говорит она. — Теперь твоя комната будет моей. Думаю, с чего начну. Выкину эти мерзкие занавески.

Внутри клокочет: мои любимые занавески с сердечками!

— Сорву обои! — продолжает Галия. — Избавлюсь от мусора, что останется после тебя останется.

— Не получится, — вздыхаю я.