Такими ночами Тая рассказывала ему о себе. О той жизни, что прожила в своем мире. О пристрастии к рукоделию и о робкой мечте начать здесь все заново.

— Как думаешь, у меня получится? — спросила она однажды. — Открыть свою мастерскую?

Эта мысль не давала ей покоя уже долгое время.

— Ты спрашиваешь моего разрешения?

— Если ты не против. Я показала Равель схемы для кружева. Она сказала, что в столице мои работы могут иметь успех. Высокородные Льеры любят все необычное, надо лишь правильно преподнести им новинку.

— И что для этого нужно?

— Ну, для начала нужны деревянные станки и коклюшки, сама я их не сделаю. А еще несколько учениц, которых я смогу обучать кружевному делу. Нитки, иголки, валики, набитые соломой… Что скажешь? — приподнявшись на локте, она заглянула ему в лицо. — Я всегда мечтала об этом…

Крейн молчал, обдумывая ее слова, и на его переносье виднелась хмурая складка. Мысль о том, что жена будет занята чем-то еще, кроме своих супружеских обязанностей и хозяйства, претила его воспитанию.

Но ведь в жены ему досталась необычная женщина. Пора бы уже и привыкнуть.

— Что ж, — произнес он наконец, — я не против. Только с одним условием.

И Тая, уже было облегченно выдохнувшая, вновь уставилась на него умоляющим взглядом.

— Какое?

— Твоя мастерская будет в Латгейра. Девам, которые решат обучаться этому делу, придется переехать в наш клан и выйти замуж за Обсидиановых даргов. А еще… — он усмехнулся, прижимая ее крепче к себе, — на праздник Солнцестояния император ожидает нас ко Двору, так что скоро ты и сама сможешь продемонстрировать высокородным льерам свои кружева.

Взвизгнув от радости, Тая набросилась на него с поцелуями. И, кажется, именно в эту ночь в ней зародилась новая жизнь…"