И все эти смерти… их могло бы не быть, будь я немного внимательнее.

— Значит, никакого безумия нет?"

"— Нет. Но это не снимает с меня ответственности. Когда-то, поддавшись горю, я бросил клан и семью. Теперь я должен вернуться и исправить последствия этой ошибки. Но тебе придется какое-то время погостить в Оратае. Не хочу, чтобы ты по моей вине подвергалась опасности.

— Думаешь, мне может что-то грозить? — она поежилась, ощутив внезапный озноб.

— У моего брата осталось много союзников. Пока они обитают в Латгейра, тебе опасно возвращаться туда.

— А Рильфа?

— Беспокоишься за него?

На лицо Крейна набежала легкая тень.

— Нет. — Тая передернула плечами, точно сбрасывая липкую паутину. — Хочу быть уверена, что больше никогда не столкнусь с ним даже случайно.

— Не столкнешься, это я тебе обещаю.

— Он умер?

Крейн обнял ее, перетащил себе накалены, баюкая, как ребенка. И в кольце его рук она перестала дрожать.

— Нет. Но он больше не побеспокоит тебя. Ты мне веришь?

Она обняла его руками за шею, прильнула всем телом. Всем своим хрупким податливым телом. И от ощущения ее близости, запаха и тепла у него потемнело в глазах.

— Да, я тебе верю.

Это все, что он хотел знать. Все, что он хотел от нее услышать.

— Больше ничего не бойся. — Крейн зарылся лицом в ее волосы. — Теперь все будет хорошо.

Ему столько всего хотелось ей рассказать.

О старом, выжившем из ума маге, с которым его свела судьба в подземельях Латгейра.

О десятках друзей, которых уже не вернуть, но чьи семьи нуждаются в помощи. О планах, замыслах и мечтах, которым суждено однажды сбыться.

О том, что старая рана, столько лет мучившая его, перестала болеть, затянулась. Что образ Вверены не вызывает прежних страданий, только легкую грусть, словно ее душа наконец-то нашла покой.

Что Равель предрекла им долгую жизнь и еще пятерых сыновей.

Что император высочайшим указом снял все обвинения с Таи и направил помощь в Латгейра, в обмен на верность и абсолютную преданность Обсидианового клана. И этим вечером он, как лаэрд, принесет вассальную клятву, отдавая свою жизнь, честь и совесть на службу империи.

Но решил, что на сегодня его жене итак достаточно потрясений. Он, конечно, расскажет ей все, между ними не будет секретов. Но не сейчас. Позже. Когда она будет готова это услышать.

— Сейчас я должен уйти, — он с сожалением разжал руки и отстранился, заглядывая ей в лицо. — Есть несколько вопросов, которые нужно решить, пока император здесь.

— Император? — Тая нахмурилась, вспоминая безымянного дарга. — Это тот, в сером плаще? Он все это время был здесь…

До сих пор она чувствовала на себе его холодный пристальный взгляд.