Я все же последовала его совету, но в спальню свою не пошла, а осталась в комнате, предназначенной для отдыха. Здесь стояло несколько кресел и уютно горел камин.

Кажется, я все-таки задремала, потому что крик:

— Они возвращаются! — выдернул меня будто из сна, и я подскочила на ноги с бешено колотящимся сердцем.

Лэр Дестени уже был на крыльце, и я остановилась рядом с ним, с тревогой вглядываясь в лица тех, кто приближался. Впереди на лошади ехал начальник гарнизона Варлен, за ним я наконец увидела Кэйхарра. От сердца слегка отлегло.

— Как вы? Как все прошло? — спросил Дестени, как только капитан спешился.

— В целом у нас все получилось, — устало кивнул Варлен. — К сожалению, потеряли несколько солдат. Есть раненые. Но практически все гарпии уничтожены.

Кэйхарр тоже спрыгнул с лошади, и я увидела на нем новые раны.

— Лэр Дестени, дайте нам немного времени прийти в себя, — попросил Варлен, — нам нужен отдых, еда и помощь лекаря. Потом мы все расскажем.

— Да-да, конечно. — Дестени торопливо отошел, пропуская его в здание.

Мимо меня, пошатываясь от слабости, прошел Кэйхарр. Наши взгляды встретились, и на его губах появилась улыбка. Я робко улыбнулась ему в ответ, и в те минуты мы больше не обмолвились и словом."

"Солдаты разбрелись по казармам, лекари в лазарете занялись ранеными. Варлен заставил Кэйхарра тоже показаться лекарю, и он долго не возвращался. Наши комнаты были рядом, и я с нетерпением ждала, когда его шаги раздадутся за дверью. Наконец я услышала, как он идет. Выждала еще несколько минут и отправилась к нему. В руке я сжимала заветный пузырек с кровью. На всякий случай.

Я не успела постучать в дверь, как она сама открылась.

— Лиа Ланье, — Кэйхарр остановился, увидев меня. Он успел переодеться в свежую рубашку, сквозь ткань которой просвечивались бинты.

— Я пришла… — начала было я и запнулась, вдруг осознав, что не придумала никакой разумной причины, чтобы оправдать свой порыв.

Но это оказалось и не нужно. Кэйхарр кивнул и произнес:

— Подождите меня здесь. Я скоро вернусь. — И вышел, оставив дверь открытой. Для меня.

Я зашла внутрь и прикрыла дверь. Его комната была не больше моей. Та же неширокая кровать, минимум мебели. На столе стоял поднос с не тронутым еще ужином. На спинке стула висела походная одежда, местами порванная, с пятнами крови. Тут же лежал приоткрытый саквояж. Я осмотрелась. Стул был занят, поэтому пришлось присесть на кровать.

Минуты текли медленно. Я все еще пыталась придумать, с чего начать разговор, но мысли путались, становясь вязкими и размытыми. Пружина страха, которая держала тело в напряжении весь день, наконец расслабилась, и двухдневная усталость начала брать свое. Кэйхарр все не шел, а я уже отчаянно боролась с сонливостью.