Как многое изменилось с тех пор, как он в спешке садился на поезд вокзала Лондонский мост, купив билет до Дувра, откуда морем отправился домой, в Монреаль, вместо счастливого жениха сделавшись убийцей друга. Ален прикрыл веки. Запрятанные в дальние уголки памяти воспоминания снова попытались вырваться на свободу, принося горечь и боль.

– Je t'aime, je t'aime, je t'aime…

Его француженка, актриса английского театра.

Пухлые губы раскрыты в сладостных криках оргазма, влажная, белая кожа пахнет малиной, рыжие локоны языками яркого пламени разметались по подушкам.

– Только ты… только с тобой…

И он верил, слепец, не замечающий ничего дальше собственного носа.

Первое письмо принесли с почтой за полмесяца до помолвки. Он порвал желтоватый лист вместе с конвертом и бросил в камин, не дочитав гнусный навет на любимую. Второе прочёл до конца. Последние строчки содержали обещание назвать имя таинственного любовника вероломной невесты.

Брион разомкнул тяжёлые веки, перевёл взгляд на реку и пошатнулся от удивления.

По водам Темзы с шумом двигался колёсный пароход – огромный, железный «монстр», освещённый множеством фонарей, украшенный разноцветными флажками, словно для праздника. Стальной «элефант», явившийся из далёкого прошлого, не мог быть реальностью. Старик хорошо понимал это, не представляя, чем вызван новый мираж.

Он видел не меньше сотни людей, прогуливающихся по верхней палубе, мелькающих между ними официантов в белых пиджаках, с уставленными фужерами подносами в руках.

Ему показалось, что слышит смех и голоса празднично одетых людей, шарканье обуви по деревянной палубе. Несколько пар танцевали под звуки вальса, исполняемого сидящим на возвышении небольшим оркестром.

Выведенное на борту «железного монстра» «Грейт Истерн» ни о чём Алену не говорило; он впервые видел этот пароход.

Внимание привлекла фигурка хрупкой женщины, стоявшей чуть в стороне от других пассажиров, одетой не по погоде– в лёгкое голубое платье. Сердце сжалось, затрепетало, неровными толчками посылая волны горячей крови в виски. Эстель…

Он узнал бы её из сотни, из тысячи, из миллиона.

Брион жадно вглядывался в далёкое видение, напрасно стараясь расслышать, о чём говорит бывшая невеста с высоким мужчиной, пытающимся взять её за локоть. Она ответила, покачав головой, явно не соглашаясь с собеседником, и отвела руки за спину. Мужчина резко развернулся и стремительно направился в сторону пассажирских кают.

Эстель повернулась спиной к реке, склонила голову набок, словно обдумывая что-то, а затем, заправив за ухо выбившуюся из причёски прядку знакомым до боли жестом, обернулась, словно чувствуя на себе чей-то пристальный взгляд.

Он простонал от пронзительного желания, заставившего сжать пальцы в кулак.