— Никита немного покраснел. — Так вот, из своей комнаты я слышал разговор, в котором мужчина говорил женщине, что сразу ее узнал.

— И кто же это был?

— Я не успел разглядеть. Мужчина разбил снежком фонарную лампу под окном. Но я думаю, что это был Виктор Липатов, а разговаривал он с Мальвиной. И спустя несколько часов его не стало.

— Сильно, — искренне сказала Нина. — Как говорила героиня Алентовой в фильме «Москва слезам не верит»: «С вашим аналитическим умом надо работать в бюро прогнозов».

— Не вижу ничего смешного, — сухо произнес Никита. — Если вы будете надо мной смеяться, то я не стану с вами советоваться.

— Извините, Никита. — Нина положила руку ему на запястье. — Я не хотела вас обидеть. Я думаю, что во многом вы, наверное, правы, хотя все равно не верю в то, что Виктор погиб из-за Мальвины. Этого не может быть. Это же не мексиканский сериал, в котором родственники обретают друг друга спустя двадцать лет, и все это приводит к трагедиям, интригам и убийствам. Жизнь гораздо проще, а значит, смерть Виктора имеет очень очевидное объяснение. И вы его обязательно найдете. Мы его обязательно найдем.

И знаете что? Я считаю, что вам нужно поговорить с Рафиком.

— Аббасовым?

— Ну, другого Рафика тут нет. — Нина снова улыбнулась. — Вы знаете, он очень умный и наблюдательный человек. Я думаю, что он знает обо всех обитателях этого дома все. Он должен знать ответы на вопросы: откуда взялась Валентина, почему Липатов оставил ей деньги, отчего он так не любил своего младшего внука. Да и на все другие вопросы он точно наверняка знает ответы.

— Вот только захочет ли он делиться со мной этими знаниями? — задумчиво сказал Никита. — Аббасов не похож на человека, легко открывающего чужие секреты.

Он слепо предан семье, которая его приютила и дала путевку в жизнь. И он никогда не предаст никого из Липатовых. Никогда.

— Да, но Виктор тоже Липатов, — тихо сказала Нина. — И если исходить из вашей логики, то и Мальвина — Липатова. А значит, предавать их он не станет. Поговорите с Рафиком, Никита.

Как и предполагал Чарушин, Аббасов не тот человек, из которого можно вытянуть информацию, если в его планы не входит ею делиться. Вопрос о том, откуда в доме взялась Валентина, заставил его лишь поднять брови.

— Никита, вы, наверное, неправильно осведомлены о моих взаимоотношениях с Георгием Егоровичем, — медленно сказал он. — То, что я стал распорядителем и управляющим трастового фонда, созданного для защиты интересов его семьи, вовсе не означает, что я имел возможность участвовать в принятии им управленческих решений или как-то влиять на них. Несмотря на свой преклонный возраст, Георгий Егорович оставался в здравом уме и твердой памяти, а потому делал то, что считал нужным. Я не набирал для него персонал.