— Пойду разбужу своего сына, — сказала она грудным, хорошо поставленным голосом. — Всем наплевать, что у мальчика семейная трагедия. Никто не выказывает ему моральную поддержку, никто, включая родного брата.

— Ой, мама, только не начинай, — из гостиной послышался голос Николая, — без твоих сентенций тошно. Твоему старшему сыну тридцать восемь лет, и я тебя уверяю, что по своему внутреннему складу он не способен ничего воспринять как трагедию. Захотелось Витьке отоспаться, так пусть спит. Зачем ты к нему лезешь?

— У тебя нет своих детей, — с достоинством произнесла в ответ Вера Георгиевна, продолжая идти к лестнице.

 — Если бы были, ты бы меня понимал. Вот Витя всегда меня понимает.

— Просто клубок змей, а не семейка, — шепнул Никита Нине. — Все всегда друг другом недовольны."

"— А где Маринка? — Николай вышел из гостиной, посмотрел на Аббасова и Нину с Никитой. — Может, они с Витькой ночью помирились и сейчас маманя нарушит их интимное уединение? Зная нашу мамочку, я даже готов поспорить, что первое, что она скажет: «Боже, как она лежит, мальчику же неудобно». — Он рассмеялся, Рафик неодобрительно посмотрел на него.

— Марина ушла кататься на лыжах, — сказал он. — Примерно часа полтора назад. Так что ничьего уединения Вера точно не нарушит.

— Да ну, не верю, — усомнился Николай. — Маринка? На лыжах? Нет, она, конечно, может красиво постоять на них где-нибудь в Куршавеле, позируя для инстаграмма, но не больше. Здесь, в глуши, Маринка встала до полудня и ушла кататься на лыжах? Бред какой-то.

— И тем не менее. — Рафик пожал плечами.

Продолжить он не успел. Нечеловеческий крик раздался со второго этажа дома, прокатился по лестнице, заполняя собой все пространство до самой крыши, оборвался, начался заново, перерастая в протяжный вой, в котором было нечто нечеловеческое.

Кричала Вера. Рафик и Никита, переглянувшись, со всех ног бросились наверх по лестнице. Нина, прижав руку к стремительно заколотившемуся сердцу, устремилась за ними. Краем глаза она успела заметить, как дернулся Николай, будто норовя рвануть следом, но пошатнулся, закрыл лицо руками, сполз по стене на пол. Нина хотела было вернуться к нему, но жуткий вой наверху нарастал, она слышала топот бегущих над ее головой мужчин и все-таки побежала следом, понимая, что случилось что-то ужасное.

На втором этаже дверь в спальню Виктора Липатова была открыта. Нина немного потопталась перед дверью, не решаясь заглянуть, но любопытство пересилило. Посредине комнаты на мягком ворсе ковра в одних трусах ничком лежал Виктор. Рядом заламывала руки уже не воющая, но отчаянно скулящая Вера. Рафик держал ее за плечи. Никита, присев на корточки, осматривал тело Виктора.

— Что случилось? — отчего-то шепотом спросила Нина.