Когда сейчас Альдор подломил колено, потом второе, опускаясь у ног Феба, как раб, забыв всякую гордость. Даже не глядя в глаза. Ему вершить их судьбы. Понравится ли Фебу быть палачом, а не благородным спасителем, которым привык являться?

Феб тихо и бессильно зарычал. Чувствуя уже себя тварью.

«Я – не такой, как он! Не такой, как Альдор! Я нормальный человек и не испытываю блаженства от того, что кто-то пресмыкается передо мной, пытаясь склонить на то, что я не могу и не хочу сделать!» – подумал Феб, злясь на себя.

– Альдор очнись! – Он залепил Альдору пощечину, чтобы привести в чувство.

Феб резким рывком вздернул его с колен на ноги. Чтобы толкнуть на лавку. Альдор подчинился легко. И вправду, испугался дознавателя? Или безумен уже?

«Только я его не боюсь! – стучало в висках у Феба. – Не боюсь, что он навредит мне, а вот Мэри… за нее мне по-настоящему страшно!»

– Альдор! Ты сам зачем-то позвал меня в свою камеру. Смотри, я пришел, – убеждая Альдора, Феб усадил его на лавку, как неразумное дитя.

Его тошнило от собственной слабости. Как так можно, бояться пленника? Бояться не за себя, а за любимую женщину. Которая пока все же остается в руках безумца.

День или год, но Альдор выйдет из камеры. Возненавидев Мэри. И будет каждый день отыгрываться на ней. А он, Феб… ничего не сможет сделать. Будет бессилен. В рамках закона. Видя, как превращается в ад жизнь любимой женщины. Понимая, что ему никогда не получить Мэри.

«Нет, нет, пускай я стану для всех предателем! Но любовь мне дороже всего. Дороже дознавательства, дороже работы, дороже дружбы с Джоном и даже чести. И доброго имени. Мне на все плевать, лишь бы Мэри была счастлива. И попросту жива!» – Феб мысленно оборвал свой бред.

– Скажи, чего ты хочешь? – глухо отозвался он, встряхнув Альдора за рубашку.

Дожмет этого гада! Дожмет, чего бы это ему не стоило. Альдор упоминал развод? Так вот, Мэри получит его!

«Я… выбью этот развод из Альдора! Обещаю, Мэри, обещаю. Ты будешь в безопасности…» – снова эти бессильные мысли, и Феб скрипнул зубами, прогоняя их.

Альдор поднял взгляд. На щеке, слишком нежной, аристократически бледной коже вспыхнул след от пощечины. Сильные пальцы вцепились в запястье Феба, как стальные тиски. Альдор облизнул пересохшие губы, его голос прозвучал хрипло.

"

"– Хочешь ударить меня? Хорошо. Ударь. Избей. Поквитайся за Мэри. Я приму все, я стану под плеть на колени и не шевельнусь, не воспротивлюсь и покорно приму все, что ты сделаешь со мной из своей ревности, – его взгляд, устремленный Фебу в лицо, горел лихорадочным, отчаянным огнем. – Но помоги Райнору! Я слышал про старые подземные хода здесь, под камерами. Что их планы хранятся где-то в архиве, куда точно есть ход дознавателю. А значит, ты можешь, даже не вызвав для себя подозрений, вывести нас… или Райнора.