Или констатацию фактов? Со стороны Альдора. О, он прав, этот гаденыш! Лучше бы Феб не заботился о несчастном пленнике, а подлил в воду яд! Но Феб… к сожалению, не бессердечная скотина. И не убийца. Хотя не раз пожалел в своей жизни об этом."

"Феб не выдержал и метнулся к Альдору, как вихрь. Перехватывая его за плечи. Впечатывая в грубую каменную стену. Рванул за его рубашку, жалея, что не может бить больного и измученного пленника. А жаль! Чертов кодекс чести.

– Знаешь, сколько раз я думал, я мечтал о том, чтобы твой бедный инвалид-брат оказался не при чем?! – зашипел Феб, сливая раздражение и напряжение, нервы последних дней.

– О, я молился о этом! Твой брат мне не мешает! Пускай бы он жил! А ты… ты, тварь, лучше бы ты был убийцей! И я с чистым сердцем отправил бы тебя на казнь! И ты своей смертью освободил Мэри от вашего брака! Но нет… Судьба умеет смеяться надо мной! Причем, не раз в моей жизни сталкивая с подлецами, которые не хотят отпустить девушек, что их не любят! Мэри не любит тебя! Она попаданка! Отступись и от нее, и от ребенка! И может… я выбью для тебя сносные условия в этой камере. И буду изредка навещать тебя. Чтобы ты не заскучал.

Нехорошая улыбка заиграла на его губах, когда он разжал пальцы, отпуская.

– Да пускай бы! Пускай бы я, а не он! – вдруг зарычал Альдор, отталкивая Феба с силой. –Я пытался взять все на себя, я хотел там, когда вы схватили нас обоих! Но этот паршивец не дал себя спасти!

Альдор с досадой ударил кулаком по стене. Разбитыми костяшками по жесткому шероховатому камню. Так, чтобы заново свезти кожу. Так, чтобы глухой стон сорвался с губ. Заточение и правда сломало его. Ведь раньше Альдор набросился бы на Феба. А сейчас привалился на полминуты лбом к холодной стене, тяжело и рвано дыша.

– Я отступлюсь, Феб, – тихо и глухо выдавил Альдор. – И мне ничего не нужно от тебя. Мне – ничего. Хочешь отыграться за Мэри – пожалуйста. Оставь меня здесь, прикажи страже держать меня в темноте на хлебе и воде, мне все равно. Только… помоги Райнору. И я сделаю все, что скажешь.

Альдор поднял взгляд на Феба. Измученный, погасший. Наверно, Альдор и заслужил все это? Но не Райнор, нет. Альдор помнил, как он приполз к нему после второго-третьего убийства, как рыдал, как ребенок, цепляясь за меня пальцами.

«Мне страшно, брат! Я не остановлюсь, я не смогу! Меня же поймают, меня убьют, я не знаю, что делать! Это выше меня!» – так странно было видеть тогда, как блестят слезами его обычно холодные глаза, как кривятся тонкие губы.

После той ночи Райнор проболел несколько суток, Альдор боялся, что он не выберется. Но он выжил. И принял вызов собственного безумия… вступил с ним в игру. Уже поддавшись жажде крови, чтобы не корить себя. Альдор оступился тогда. Не посадил под замок, не смог удержать, остановить.

Ему и платить.