Серенький, видно, тоже чувствует изменившуюся атмосферу, потому что начинает вдруг беспокойно блеять и пару раз с силой дергается с привязи.

Может, есть хочет или пить? Тянусь к ремню, чтобы отстегнуть пса от привязи, но Йемрен меня останавливает:

— Не тронь его!

На мой удивленный взгляд добавляет:

— Так надо, ирэя.

Больше говорить ничего не хочет, несмотря на то, что долго буравлю его спину глазами и выразительно вздыхаю. Ну почему так тяжело объяснить свои просьбы или решения?

Наконец, мы въезжаем в некое подобие деревни, расположенной на огромной поляне. Здесь светло — яркое солнце режет глаза, заставляя подслеповато щуриться. Но даже это не мешает жадно разглядывать окружение.

В местечке преобладают низкие, деревянные строения, среди которых замечаю землянки. Костры разложены рядом с домишками, на веревках развешены звериные шкуры. Кое-где привязаны лошади. Женщин мало. Жилистые, худые, они разделывают мясо у костров и помешивают варево в огромных котлах. Мужчин намного больше. Высокие, мускулистые, в одеяниях из кожи, что-то рубят, строгают и делают кучу других работ, смысла которых я не понимаю.

Все телеги, въехав в центр поляны, останавливаются — мы, похоже, достигли ярмарки, которая, правда, на ярмарку совершенно не похожа.

Жду, что Йемрен теперь объяснит подробнее, как мы будем отсюда смываться. Совсем скоро Кейрон вернется во дворец и узнает, что я сбежала. Первым делом он бросится на ярмарку, чтобы искать мой след в торговом обозе. Уверена, он распылит обоз на молекулы, лишь бы найти пропавшую невесту. Чем быстрее мы отсюда исчезнем, тем лучше.

Йемрен действительно поворачивается ко мне, но начинает почему-то издалека:

— Я предупреждал, помнишь? Тебе не понравится то, что я сделаю.

Его слова заставляют не на шутку напрячься. С нетерпением жду продолжения, вот только закончить ему не дают."

"В этот самый неподходящий момент к нам приближается тетка из соседней телеги в сопровождении мужа. Лица у обоих довольные, хитрые — аж лоснятся от счастья. Меня охватывает нехорошее предчувствие.

И не зря…

Приземистый, крепко сбитый торговец останавливается напротив Йемрена и, потирая руки, выдает:

— Ну что, уважаемый Михал… Мы вам — наши специи, а вы нам теперь — вашу козочку. Как договаривались. Ни больше, ни меньше…

Глава 33

Не успеваю я осознать весь ужас услышанного, как Йемрен отвечает:

— Там, откуда я родом, за ложь отрезают язык.

— Родом ты из суровых мест, достопочтенный Михал, — торговец морщится и потирает лысую макушку. — Признаю. Договорились мы маленько по-другому. Я дал тебе специи, чтобы согласился ты на спор. Ставил ты на то, что коза всегда выберет старуху. А я поставил на то, что смогу козу к себе приманить, потому как хорошо умею ладить со скотиной.