Неужели всегда преступления раскрываются так внезапно и просто, надо только копнуть на полвершка глубже? Ведь чуть-чуть совсем не дотянул Костенко до истины, достаточно ему было проверить «Фольксвагены» и выяснить, что один такой зарегистрирован на имя редактора и хорошего приятеля Павла Николаевича, который, кстати, курировал и издание сборников детского творчества, наверняка общался с юными авторами и пользовался у них таким же доверием, как и Горьков.

А мог Костенко не нагружать оперов лишней канцелярщиной, а просто поговорить с Горьковым по-человечески, чтобы тот его воспринимал не как фашиста, а как честного борца с преступностью, которому надо помогать изо всех сил. И с женой тоже мог побеседовать нормально, расспросить, а не сразу с порога заявлять, что муж виноват, и предлагать защиту.

К сожалению, в работе следователя чуть-чуть не доделать – это еще хуже, чем не делать вовсе.

Надо бы еще для полноты картины изучить уголовное дело, но пока Зейда получит разрешение, пройдет время, а преступник и так слишком много лет гуляет на свободе. Нет, надо срочно доложить Макарову, пусть редактора берут в оперативную разработку, а она скорее на кафедру, на кафедру!

И так уже деградировала, страшно подумать… Валентина Дмитриевна смущалась, что гостье неприятно за ней судно вынести, а Яне хотелось ответить примерно следующее: «Если бы ты с мое полазала по помойкам и бичевникам, так тебе бы тоже чужая моча сошла за нектар и амброзию».

Это она еще года не работает, а дальше что будет? Действительно запьет с операми, как пророчит Крутецкий? Нет, хватит, пожалуй. Правильно папа говорит, что люди разные и созданы тоже для разного.

Тут Янины мысли перенеслись к Вите Зейде. А вдруг он больше не позвонит? Зачем, подумает, мне такая заносчивая и высокомерная девчонка, когда вокруг столько прекрасных дам. А тем временем оперативники установят вину редактора, и не надо будет идти в архив, исчезнет последний повод им с Зейдой повидаться.

И это будет очень жаль…

Яна расчувствовалась, но приказала себе не реветь. Сейчас придет Евгений Павлович, он точно знает Зейдин номер и даст ей. И, как только добежит до метро, она наберет его. Да, девушка не должна звонить первой, это аксиома, но если она раньше отказала молодому человеку, то не считается.

Яна нахмурилась, придумывая, что бы такое сказать Виктору Николаевичу, чтоб он не понял, как она по нему соскучилась, и тут на дорожке показалась высокая мужская фигура. Яна обрадовалась, решив, что это наконец-то вернулся Горьков из своего универмага в юбке, но человек был полнее и одет иначе, и все равно показался Яне знакомым.

Она присмотрелась, и тут колени подогнулись от внезапной догадки.