— Сколько ещё это будет продолжаться? Долго ты собираешься меня держать здесь силой?

Али пожал плечами, отпил кофе.

— Это ты мне скажи. Ведь именно ты решила, что наши отношения должны быть такими.

— Я просто хочу уйти, Али. Я не люблю тебя, понимаешь?

Он невесело усмехнулся, поднялся на ноги.

— Полюбишь.

* * *«Будешь моей женой»…

«Будешь моей женой»…

«Будешь моей женой», — его слова звучали в голове постоянно, не давая думать ни о чём другом.

Марат не спрашивал, не делал предложение. Он просто вдалбливал меня в кровать и повторял эти слова. Он уже всё решил. Как всегда.

В его объятиях было тепло и уютно, а ещё очень нравилось его ровное дыхание, согревающее мою макушку. На улице уже рассвело, но я не торопилась вставать. Хотелось лежать вот так, как можно дольше. Хотелось чувствовать себя слабой, беззащитной и очень желанной женщиной. Баловство, знаю. Но если однажды попадёшь в объятия к такому мужчине, выбраться из них будет сложно… А что самое грустное — не захочется.

Но если вспомнить, как он избил несчастного, ни в чём не повинного Юрия, становится страшно. Вчера, глядя в его глаза, я боялась его. Казалось, он одержим. Это был не тот Варвар, которого я знала и даже могла успокоить. Это был зверь в чистом виде.

А если бы драку увидел Виталик? Его и так с трудом отучили шарахаться от людей. Детская психика слишком сложная и ранимая, а такая травма могла и здорового ребёнка покалечить.

Ночью, когда было так хорошо в руках Хаджиева, я не думала об этом. Просто выключила все мысли. Но сейчас, когда страсть схлынула, всё встало на свои места. И я не была готова к тому, что приготовил для меня Марат.

Одна его рука чуть сжала мою грудь, а вторая поползла по животу и ниже. Тело тут же радостно откликнулось на знакомые прикосновения, и дыхание сбилось.

— Доброе утро, хазниг. Иди сюда, — уложил меня на спину и лёг сверху, тут же зарываясь в волосы и целуя шею. — Вкусная. Моя вкусная училка, — дальше что-то бормотал на чеченском, а я вслушивалась в слова, пытаясь понять их значение. Было приятно. Очень. Но всё ещё трепыхалась в затуманенной похотью голове мысль, что я должна с ним поговорить.

— Подожди, Марат. Пожалуйста, — с трудом оторвалась от него, а Хаджиев недовольно свёл брови в кучу.

— В чём дело?

— Нам нужно поговорить.

— Сейчас?

— Да.

Он шумно вздохнул, завалился на спину, подложив руки под голову.

— Слушаю тебя.

Я укуталась в одеяло, прильнула к нему, что Марату явно пришлось по душе, судя по крепким объятиям, в которые меня заключили, как в кокон.

— Ночью ты сказал…

— Я помню, что я говорил. Да, ты станешь моей женой. Что-то ещё? — вот так вот, без всяких там глупостей, типа поинтересоваться мнением на сей счёт невесты. Очень похоже на Варвара.

Вздохнула, выигрывая время.