Думаю о нем, впервые не о сексе. И все же, когда дверь распахивается, и в спальню влетает Лариса Петровна, готов ее убить.

— Ай-й-й-й… Ай-й-й-й… — разносится на всю комнату, пока Полина не прерывает поцелуй.

Прежде чем обернуться, перевожу дыхание и прижимаю девушку к груди. Будущей теще взглядом сходу даю понять, что прямо сейчас ей лучше унять свои выкрутасы.

— Что это у вас происходит? Доня, ты что, плакала? Что случилось? Почему вы вообще тут? Мы вас по всему дому искали. Правда, сладик? Ну, скажи папе, — сотня слов в минуту.

— Искали, — подтверждает притихший Миша. Смотрит на нас во все глаза, а я не могу понять, напуган он или просто растерян.

— Я хотел с тобой позавтракать, папа.

— Уже идем, — обещаю я.

— Так, а что случилось? — не унимается Лариса Петровна. — Я ничего не понимаю! Что случилось же?

Скрывать смысла не вижу, но эта ее токсичная реакция в определенной степени утомительна. Тем более сейчас, когда ни я, ни Птичка еще не справились с последствиями произошедшего эмоционального подрыва.

— Мы с Полиной решили пожениться.

И, естественно, не успеваю я закончить, как Лариса Петровна, издавая ряд странных оглушающих звуков, принимается носиться по комнате.

— Ну, наконец-то! — то задернет шторы, то снова их раздвинет. — Я так и знала, что к этому все идет… Убраться надо… Подумать… Написать… Посмотреть…

— Мама, приди в себя, пожалуйста, — похоже, поведение матери помогает Полине вернуть самообладание. — Ты выглядишь, как сумасшедшая. Уймись и присядь, пожалуйста.

— Что ты? Мне нужно все обдумать!

— Мама…

Молча ловлю Птичкину ладонь, подхватываю свободной рукой притихшего сына и вывожу их из комнаты.

42

Птичка

Поверить не могу, что все это происходит в реальности.

Ночью Тихомиров снова атакует меня смущающими вопросами: «Чувствую ли я уже что-нибудь?», «Как быстро появляется живот?», «Можно ли мне сейчас заниматься сексом?», «А когда нельзя?», «Боюсь ли я вторых родов?»

Я всего боюсь. И по-прежнему считаю, что второй ребенок для нас с Тимуром сейчас — слишком тяжелое испытание. По сути, мы не знаем друг друга. Потому что, как ни отрицай, те незрелые, беззаботные и в чем-то наивные личности, которыми мы были когда-то, ушли.

Тихомиров выглядит абсолютно спокойно. Отдает Клинту распоряжение подготовить необходимые документы и все организовать.

Сам же концентрируется на тренировках. Кажется, что именно сейчас он понимает, зачем это делает. И судя по тому, что Рас в один из вечеров озвучивает то же самое, это не просто моя иллюзия.

Полагаться на другого человека непривычно. Но я стараюсь, как говорит мама, унять свои переживания и быть просто женщиной.

— Рядом с тобой такой мужик, доня! Доверься ему. Не тяни ты на себя одеяло. Он все решит. И все сделает правильно."

"— Это тяжелее, чем кажется, мам.