Он приедет сюда, попытается завлечь меня очередными историями о путешествиях и марочном вине, а я откажу ему. Снова.

«Снова… Значит, как в прошлый раз? Когда ты позволила ему довести себя до оргазма, а затем заставила уйти?»

– Мне это не нравится, – признался я и сказал это не как священник или друг, а как мужчина, отведавший ее вкус всего в одном лестничном пролете отсюда. – Я не хочу, чтобы ты с ним встречалась.

Она по-прежнему улыбалась, но в зелено-карих глазах блеснули холодные льдинки. И я внезапно осознал, каким эффективным оружием она могла бы стать в зале заседаний или в качестве правой руки сенатора.

– Серьезно? Я думаю, что тебя совершенно не касается, встречусь я с ним или нет.

– Он опасен, Поппи.

– Да ты его даже не знаешь, – возразила она, убирая руку с моей."

"– Но я знаю, каким опасным может быть мужчина, когда он желает женщину, которую не может иметь.

– Как ты? – бросила она. Ее слова безжалостно, но абсолютно точно попали в цель, и я едва удержался, чтобы не отшатнуться.

Тяжесть подтекста в ее словах обрушилась на нас, как прогнивший потолок: Поппи и Стерлинг – да.

Но Поппи и я, пастырь моего детства и Лиззи.

Мужчины, желающие того, чего им не следует желать, – история моей жизни.

Не сказав больше ни слова, Поппи развернулась и ушла, ее босоножки на ремешках застучали по лестнице. Я заставил себя сделать несколько глубоких вдохов и попытаться понять, что, черт возьми, сейчас произошло.

IX

«Тук».

«Тук».

Тишина.

«Тук-тук-тук».

– Прекратите, – сонно пробормотал я, скатываясь медленно с кровати. – Иду я, да иду уже. – «Тук-тук. Бабах».

Со сна я был слегка дезориентирован, оглушительный раскат грома и предшествовавшая ему вспышка молнии только ухудшили ситуацию, и я наткнулся бедром на острый угол стола. Выругавшись, вслепую потянулся за футболкой (на мне были только свободные спортивные штаны) и ощупью пробрался по коридору в гостиную, ко входной двери. Смахнув остатки сна, я осознал, что кто-то действительно стоит у двери в три часа ночи, и это был либо полицейский, пришедший сказать мне, что Райан в итоге врезался на своей машине в дерево, пока набирал СМС на телефоне, либо один из прихожан, находясь при смерти, нуждался в последнем обряде.

Какой бы ни была причина, пришедший явно принес плохие новости, и я приготовился к трагедии, открывая дверь, при этом неловко пытаясь натянуть через голову футболку.

На пороге стояла Поппи, промокшая до нитки, с бутылкой скотча в руках.

Я моргнул как идиот. Во-первых, после нашей ссоры сегодня утром самое последнее, что я ожидал, – это увидеть Поппи посреди ночи на пороге моего дома с дарами.