Сейчас, вспоминая прошлое, я ощущала острую боль.

— Забей. Я тоже во многом по отношению к тебе был жесток. Хреновый из меня получился старший брат, — Помпей потянулся к телефону и, разблокировав ее, начал что-то перелистывать на экране. — Давай на этом закончим разговор. Сейчас есть дела поважнее.

— Нет. Я хочу сказать то, зачем пришла, — я подошла еще немного ближе, но уже теперь остаточно остановилась. Сохранила между нами небольшое расстояние, которое и так было слишком тяжелым. — Я всегда думала, что быть парнем круто. Мне нравилось жить, так как я жила, но ты стал моим сбоем.

Я… я влюбилась в тебя и считала это своим проклятием, ведь я «парень», а парни не влюбляются в других парней. И во многом это мешало мне жить. Как оказалось, контролировать чувства ничерта не так просто.

— Если бы действительно любила, призналась бы, что ты омега. Но ты предпочла годами мне лгать. Приходила за советами. Спрашивала про гон.

— Когда я расспрашивала про альф, я хотела понять, как мне себя вести и… иногда пыталась узнать хоть чуточку больше о тебе. Ты же чаще всего на своем примере рассказывал мне про альф.

— Ты мне лгала.

— Ты прекрасно знаешь, что я не могла признаться. И, во-первых, это было бы опасно для тебя. Во-вторых, я боялась разрушить то, что между нами было. В-третьих, кто ты, а кто я? За тобой толпами бегали девушки. Ты мог выбрать любую, а я поломанная омежка. Если бы ты мне отказал, а я была уверена, что именно так и будет, это меня бы уничтожило.

Я сглотнула и с огромным трудом произнесла следующие слова:

— Я боялась твоего отказа.

Помпей еле заметно наклонил голову набок. На меня смотрел неотрывно, но то, что я видела в его потемневших глазах, понять не могла.

Вот только, в этот момент перед ним ощущала себя не просто душевно обнаженной. Скорее, как никогда раньше уязвимой.

— Ты спросил, в чем проявлялась моя любовь к тебе. Во многом. Но я стыдилась этого. Не показывала. Того, что у меня на телефоне была целая папка с твоими фотографиями. И когда у меня начиналась течка, я всегда проводила ее в обнимку с одеждой, которая пахла тобой. Если получалось, я перед течкой вообще старалась стащить какую-нибудь из твоих футболок.

Помпей приподнял бровь, а я произнося все эти слова покраснела настолько сильно, что, казалось, еще немного и вовсе загорюсь.

— Лиса…

— Пожалуйста, не перебивай, — я выставила руки вперед. — Я хочу договорить. Во многом я думала, что переживаю эту любовь наедине с самой собой и внешне подобное никак не выказывается, но, если смотреть правде в глаза, это не так. Когда дело касалось тебя, я не могла нормально себя вести. Это трудно объяснить, но… я слишком сильно реагировала на тебя. В некоторых моментах ненавидела, ведь жаждала твоего внимания, а ты мне его не давал.