Для него, человека, чьи горизонты ограничивались Уралом, Москвой и Питером, визит такого уровня был чем-то из области фантастики. Это было лучшее доказательство моей правоты. Я еще и пальцем не пошевелил, а плоды моей шведской авантюры уже сами плыли в руки. Никита Демидович договорился о нашем дальнейшем взаимодействии и ушел готовиться к созданию Компании, которую еще надо было у Государя отстоять — но я не думаю, что он будет против.

Перед самой встречей с французом, Стрешнев вытащил меня во двор. Осенний ветер пробирал до костей.

— Ты, Петр Алексеич, ухо востро держи, — старик заговорил вполголоса, его взгляд стал колючим. — Француз — он лис хитрый. Будет тебе сказки рассказывать, медом в уши лить. Может, и службу свою предложит, переманить попробует. Знаю я таких. Ты помни, Россия — не девка на ярмарке. Одно слово не так скажешь — и не оберешься потом хлопот.

Я с трудом подавил усмешку. Этот старый царедворец, видя во мне гениального, но политически неотесанного технаря, по-отечески пытался уберечь меня от соблазнов. Он и представить себе не мог, что для меня, человека из будущего, знающего про 1812-й год и про то, как эти «союзнички» потом себя поведут, верность России — это не вопрос присяги, а единственный способ выжить в этом времени. Все вокруг — враги. Настоящие, потенциальные, будущие. А союзники — это те, с кем сегодня по пути. И точка."

"— Не извольте беспокоиться, Тихон Никитич, — я с серьезным видом заверил старика. — Я русский барон, и этим все сказано.

Встреча с маркизом проходила в одной из дальних палат Стрешнева. Никакой пышности. Только мы втроем и он. Маркиз де Торси оказался полной противоположностью напыщенному англичанину Эшфорту. Худощавый, элегантный, с живыми, умными глазами. Он говорил по-русски почти без акцента, в каждом его жесте сквозила порода и опыт сотен придворных интриг.

— Месье барон, — обратился он ко мне, демонстративно проигнорировав Демидова, — король Людовик восхищен вашей дерзостью. Вы нанесли нашему общему врагу, Англии, удар куда более болезненный, чем целая эскадра. Вы ударили по их кошельку и по их гордыне. Франция умеет ценить таких людей.

Я ожидал, что будет дальше.

— Мой король предлагает вам выгодное дело, — продолжил маркиз. Он тоже решил не ходить вокруг да около, судя по всему. — Технологический альянс. Наши страны отстают от Англии на море. Но вместе мы можем это исправить. Мы готовы делиться с вами нашими лучшими умами, нашими секретами. В качестве жеста доброй воли, — он кивнул своему помощнику, и тот внес в комнату небольшой, окованный железом ларец, — Его Величество просит вас принять этот скромный подарок.

Ларец открыли. Внутри, на бархате, лежало несколько книг в добротных кожаных переплетах. Я взял верхнюю.