— Очередь в душ? — пошутил Лев и протянул ее миску.

— Да, как в коммуналке, — Лена улыбнулась в ответ, присела рядом и с удовольствием отпила через край, игнорируя деревянную ложку из набора посуды, прихваченной с собой. — Думаешь, стоит еще что-то искать здесь? Нам просто не могло так повезти… найти людей именно здесь.

— Ну что за упадническое настроение? Мне было показалось, что ты выспалась, да и пришла с улицы бодрой и довольной.

— Да, есть такое, но я не верю в сказки, — чтобы съесть густерню со дна миски, пришлось взять ложку, и она собрала все до единого кубика овощей, — это в харчевне такое подают?

— Ха, еще чего! Там огромный котел, в который сваливают и свежее, и вчерашнее. Здесь что-то вроде «столетнего» супа. Не думаю, что котлы они мыли хоть раз, — хмыкнув, ответил Лев и зачерпнул очередную ложку. Ел он не спеша, долго жевал, несмотря на то, что овощи были хорошо проварены. — Не веришь в сказку даже после того, что с тобой случилось? Думаю, стоит начинать уже.

— Ладно, лучше расскажи, чем ты занимался вчера? Я просто не могла открыть глаз, хоть и просыпалась вечером. Тебя не было, поэтому рассказывай, где ты был.

— Ходил по харчевням и прочим злостным местам, расспрашивал, просил дать знать, если кто-то услышит что-то.

— А! Тебя здесь знаю как барда или как былинника!"

"Лена решила, что на этот раз она не будет никем притворяться, а просто натянет юбку поверх штанов. Она помнила, как смотрели на нее, угадав в ней женщину, и не хотела нарваться на неприятные разговоры.

— Не только. Но это уже другая история, — Лев доел, сложил миски в котелок и, осмотревшись, выложил их из него снова, — сейчас принесу кипятка, сполосну миски и ложки, и я готов.

— Ну, давай.

Лена никогда раньше не встречала такого хозяйственного мужчину и была удивлена, что он не ее отправил заниматься этими женскими делами. Да и завтрак приготовил, что надо. Чувствуя стыд, она поняла, что оставила бы посуду в телеге, а вечером, когда они собрались бы готовить, нагрела воду и помыла. Он же решил все сделать сразу. Стало чуточку стыдно.

Мороз как-то заменил собой ветер, и утро было тихим. Гулять по рынку в такую рань даже приятно: теплая одежда, горячий завтрак, не позволяющий обращать внимания на запахи, отдохнувшее тело и голова… «И интересный собеседник» — вдруг подумала она.

То, что продавали в рядах, можно было считать диковинками, а некоторые вещи и вовсе артефактами, давно потерявшими свою актуальность. Здесь они были незаменимыми. Железный инструмент, природу и назначение которого можно было узнать, лишь спросив. Жесткие, но крепкие ткани, похожие на мешковину и расходящиеся активнее всего на одежду и постель. Украшения, привлекающие много внимания, но приносящие продавцу мало дохода. Народ был беден. Беден до страшного.