После допроса я снова лежала на своей койке и в сотый раз вспоминала происшедшее. Да, наверное, как агент, я должна была что-то предпринять и напасть на него, не факт, что получилось бы, но попытаться должна была. Но на тот момент, этой мысли у меня даже не возникло.

Снова противный скрежет двери, от которого я вздрагиваю. Могли бы уж и смазать петли, или это для поддержания антуража? Не охотно встаю. Неужели опять допрос? Ведь меня только недавно отпустили. Снова вошел охранник:

- На выход."

"Я сложила руки за спиной, но наручники мне не одели, что возродило в душе надежду, неужели все? Под конвоем последовала по коридору, на сей раз в другую комнату.

Там была сета Ойлис. Мне предложили сесть, и я настороженно устроилась на стуле напротив. На сей раз свет в глаза мне не направили, и я понадеялась, что может это уже не допрос?

- Карин, вы знаете, что случилось. Потеря Лисовского для Управления большая трагедия. К тому же вы были в близких отношениях, и мы надеялись, что вы прольете свет на всю эту историю.

Я согласно кивала в такт ее словам.

- Ну что же, раз вы ничего не знаете, - на этих словах внимательный взгляд на меня, - то вам давно пора уже быть в отпуске.

Ровно через три месяца ждем вас в Управлении, а сейчас приятного отдыха.

У меня отвисла челюсть, вот так просто? Меня и правда отпускают? Видя мое изумление, сета улыбнулась и кивнула на дверь:

- Идите, идите. Ваша команда уже разъехалась, остались только вы. Вам выдадут денег на дорогу.

Я встала, отдала честь, и молча, покинула кабинет, не до конца веря, что действительно все.

Приехала в Соэль я ближе к вечеру. Прежде, чем отправиться в отпуск, нужно было собрать свои вещи, да и с ребятами связаться.

Вошла в нашу квартиру и удивилась тишине и покою, окружившим меня. Неужели всего два месяца назад мы сидели здесь все вместе в гостиной и весело обсуждали просмотренный фильм. Казалось, что это была другая жизнь. Это было до задания Адама.

Подошла к диванам и маленькому журнальному столику, медленно провела рукой по спинке, почувствовав приятную шероховатость. Прошла в свою комнату, приблизилась к своему любимому “страдальческому” подоконнику, и лишь с легкой улыбкой оглядела такой знакомый пейзаж за окном. На столике перед зеркалом, увидела сложенный белый листок.

Подошла, развернула. Это было письмо от ребят. Эльза и Джейк писали, что их отпустили из Управления раньше, и они разъехались отдыхать. Все выражали надежду на мое скорое освобождение, передавали приветы, оставляли координаты для связи, и писали, что мы обязательно должны встретиться после отпуска. Внизу была приписка от Эрика, что он остается в квартире ждать меня, и если его вдруг не будет дома, то обязательно скоро вернется.

Я взяла лежащий тут же мой передатчик. Я могла позвонить ему, и он бы приехал.