За два года службы я так и не научилась сдерживать эмоции, вернее внешне я могла оставаться равнодушной, но сердце… оно всегда меня выдавало.

Мужчина заговорил первым:

- Тебя нелегко было найти…

Я ответила, не отрывая взгляда от океана:

- Я постаралась.

И снова пауза. Наверное, он ожидал от меня другой реакции, вопросов или недовольства, что прервал мой отпуск, но только не равнодушия. Хотя только он знал, что это лишь маска, а в душе у меня буря из волнения, радости, недоверия и страха.

Эрик заговорил вновь:

- Два года прошли… Мы оба теперь свободны от Управления. Я выкупил свою семью, и у них нет больше на меня рычагов давления, - немного помолчал и взял мою руку, лежащую на песке, в свою, поглаживая большим пальцем ладонь.

- Ты дашь мне еще один шанс?

Я все-таки не выдержала и взглянула на него. В глазах Эрика было столько любви, нежности, мольбы, что мое сердце болезненно защемило.

Эрик продолжал говорить, а меня окутал водоворот эмоций:

- Карин, я люблю тебя. Очень. И ни на секунду не переставал любить. Я жизнь за тебя отдам, ты же знаешь.

В том, что жизнь отдаст, я даже и не сомневалась. В том, что любит, наверное, тоже.

Но слишком многое между нами было: и плохое, и хорошее. Я не знала, сможем ли мы забыть последние два года и начать все заново.

Я решила задать мучавший меня вопрос:

- Я так понимаю, что с той девушкой у вас все закончилось? И с Ивоной?

Эрик грустно усмехнулся:

- Дело в том, что с Ивоной у нас ничего и не было. Она моя сестра.

Я в шоке замерла, переваривая эту мысль, а Эрик, глядя на меня, продолжил:

- Я выкупил Ивону самой первой, так как ей приходилось терпеть больше других насилия и издевательств, поселил на съемной квартире.

Когда она чуть пообвыкла, стал готовить ее для поступления в армию. Она тоже хочет стать лирдой. Мы ходили в спортивный зал и вместе тренировались. Но молодой девушке, сидеть в четырех стенах в ожидании меня быстро надоело, и она стала упрашивать сходить с ней в город или познакомить с вами, чтобы хоть с кем-нибудь общаться. Поэтому мы и решили выдать ее за мою девушку и познакомить с командой, был очень большой риск, что ее как палмейку не примут, да и не хотел, чтобы Управление знало о моих планах. А тебе я пытался объяснить ситуацию, только ты меня не стала слушать.

Я сидела и обдумывала все сказанное Эриком. Получается, что я сама, своим нежеланием выслушать его, обрекла себя на столько мучений и ночных слез. Осознав эту мысль, я задала следующий вопрос:

- А расстался ты со мной почему?

Эрик мигом помрачнел, но чуть помедлив, ответил:

- Мне приказали, - и снова тяжелая пауза, а я, замерев, жду ответа. - Тебе же сначала выбрали иномирянина, того Дольсена, а потом стало известно, что Эльза бесплодна, и не представляет больше такого интереса для Управления.