Действительно, почему бы нет? Раз он собирается сделать артефакт из моего источника, то я отсюда уже не выйду. Ну, он так думает.

И про артефакты, скорее всего, не врёт. Если вспомнить портал, притащивший меня сюда… Выходит, внешнее сходство портала с источником – не случайно.

Так-то задумка вполне себе глобальная. Государственный переворот, захват многих одарённых, артефакты из их источников… Причём на все случаи жизни. Внутренний источник эфира – ингредиент, не сравнимый ни с чем.

А использовать чужой источник – это ни с чем не сравнимая мерзость. До такого даже божки из моего мира не докатывались.

– И много у тебя таких артефактов? – интересуюсь я.

– Достаточно, – отвечает Колдун. – На мою жизнь хватит.

То есть кроме учёных и кроме изменённых, которых он посылает в разлом, на него работают и артефакторы. И не все пропавшие аристократы становятся рабами, ходящими в разлом. Некоторых просто лишают источника.

И сложно сказать, что хуже.

– Кстати! Как там поживает твой… котик? – внезапно говорит Колдун.

– Котик? – не сразу понимаю я.

– Ага. Бывший химеринг. Цепи Души, которые ты уничтожил, не единственное, что привязывало его ко мне. Моё всегда останется моим. Запомни это, мальчик. Считай, что ты просто взял эту тварь напрокат.

Вот, значит, какой ты, бывший хозяин химеринга. Гнида лобковая. Ещё одна монета в копилку того, что я потом с тобой сделаю. Такая полновесная золотая монета.

Но для начала надо отсюда выбраться. И если сейчас единственный выход – это позволить прижившейся во мне тьме Карха захватить моё тело…

…да будет так.

– Знаешь, как проще всего сделать что-то твоё – моим? – интересуюсь, расслабляясь и снимая контроль над тьмой.

Неправ я был, говоря о когтях и удавке. Потому что кроме них у меня есть и кое-что ещё. Приличный такой кусок силы бога Карха. Кусок тьмы, которую я держу впроголодь.

– И как же? – смеётся Колдун."

"Он знает, что я способен на многое. Но уверен, что сейчас я полностью в его руках.

– Увидишь, – обещаю я.

На самом деле всё просто. Разобрать урода на атомы – и в этом мире больше не будет ничего, что ему принадлежит. Потому что и его самого не будет тоже.

Развожу руки в стороны, позволяя тьме спокойно течь через всю систему каналов.

Тьма щупальцами вырывается из моего тела. И щупалец, наверное, сотни. Они роятся, шевелятся, заполняют собой всю камеру.

– Что ты такое, мелкий ублюдок?! – слышу почти визг Колдуна.

Разумеется, он всё видит. Здесь должна быть или камера, или передающий изображение артефакт.

Это последняя чёткая мысль, всплывающая в моём сознании сквозь голод тьмы.

Закрываю глаза. Сейчас они мне не нужны. Щупальца ощупывают каждый камень в кладке, ищут слабые места.