А ведь я предупреждал Архара, чтобы никакой войны…

– Да, вчера у него были, – подтвердил Семен. – Не понял, баран. Кстати, архар – это горный баран, если кто не знает. Я так думаю, Архару это нужно объяснить.

– В изоляторе объясним.

Потапов уже вызвал наряд СОБРа по душу Архара, когда к месту происшествия подъехал черный джип «Лендкрузер» с разбитой фарой.

– Вот-вот! Эта машина была! – оживился гаишник.

Из внедорожника вышел кряжистый мужчина с широкими и глубокими залысинами.

– Питон приполз, – опознал его Кормильцев. – Не люди, а зоопарк какой-то.

Парень выжидательно смотрел на Михаила, нервно переминаясь с ноги на ногу.

Потапов неторопливо приблизился к нему:

– Сдаваться приехал или как?

– Да нет, мне каяться не в чем, командир, – понуро сказал Родкевич, он же Питон, правая рука Архара – немалая по криминальным меркам величина. – Я, может, и стрелял, но я защищался. Вернее, толпу отпугивал, по воздуху, считай, стрелял.

– А Оленя кто убил?

– Да кто-то из наших, наверное. В перестрелке. Барабасовские первыми стрелять начали, мы ответили. Ты сам подумай, если бы я кого-то завалил, разве бы я приехал? Они нашего застрелили, мы – Оленя, тут все по-честному.

– У вас все по-честному, – усмехнулся Михаил. – Честные воры, честные фраера…

– Да это не у нас, это у блатняка. Да и тебя самого честным опером считают. Братва знает, что ты мужик, что во всем разберешься.

– Ты мне тут зубы не заговаривай. Говори, зачем приехал?

– Ну, чтобы все, как было, рассказать. Ты, наверное, думаешь, что это Архар беспредел устроил. Так вот, он здесь не при делах. Это все барабасовские. Архар с Оленем говорил, его «быки» стояли рядом, а тут раз – мотоцикл, а на нем пассажир с автоматом.

Архара чуть не замочил, хорошо, что броник был крепкий. Дьяка завалил. – Питон взглядом показал на труп атлета в черном полупальто. – Тот даже ствол достать не успел.

– А где твой ствол?

– Да это без разницы, командир. Главное, что не мы эту заваруху устроили, это все Олень замутил. Архар… э-э, Сергей Анатольевич миром с ним хотел поговорить, а тут мотоциклист… Какой уж тут мир?

– И что твой Сергей Анатольевич дальше делать собирается?

– А ничего. Он надеется на справедливость нашей родной милиции.

Верит, что доблестный РУБОП во всем разберется и сделает правильный вывод, – не моргнув глазом, ответил Родкевич.

– Ух ты! Позвони ему и передай, что я в восторге, – язвительно усмехнулся Михаил.

– Да у него телефоны все отключены. Я же говорю, пострадал он от бандитской пули, плохо ему сейчас, не хочет, чтобы его беспокоили. Я ему на словах передам.

– Не выйдет, Родкевич. Ты сейчас в управление поедешь. Пока как свидетель, а там посмотрим.

– Я же с вами по-хорошему! – возмутился Питон.