А когда встречаются взрослые и солидные уже мужики, а они все были именно солидными, то сами понимаете, что при встрече эти друзья детства не ромашки на лугу нюхают. Прохождение границы только добавило усталости. Нерасторопность и пограничников с обеих сторон, и таможенников, заняла больше времени, чем мы планировали.

За окном была глубокая ночь, останавливаться на ночлег в придорожной гостинице не хотелось. Во-первых, это лишняя трата времени, а во-вторых, это ещё одна ночь в обманчивой близости от Марии, но не рядом с ней! Не мог я испортить нашу первую с ней ночь случайной кроватью! Старый романтик? Может быть! Да даже совершенно точно, да, старый романтик! Но я хотел эту женщину так сильно, что даже стыдно было признаться самому себе. А потому, мы отправили Геныча спать на заднее сиденье его же огромной машины, а сами с Машей сели на передние сиденья. Я за руль, она рядом.

Я готов был ехать вот так, под негромкое бормотание радиоприемника и разговоры с Машей, всю оставшуюся жизнь! Вот только романтику момента сбивал доносящийся с заднего сиденья богатырский храп Геныча.

– И как с ним Светлана спит? – расхохотался я, когда Геныч выдал очередную громогласную руладу.

– Давно они женаты? – удивила меня вопросом Мария.

– Насколько я знаю, уже больше 16-ти лет, а что?

– Ну, тогда его жена уже привыкла к его храпу!

– Ты думаешь?

– Уверена! Я тебе больше скажу: Светлана без этого храпа мужа уже даже плохо спит! – рассмеялась Мария.

– Серьезно?

– Абсолютно! Люди за столько лет привыкают к дыханию друг друга и уже не могут спать в одиночку.

И вот тогда я и сделал Маше предложение жить вместе:

– Маш, я понимаю, что предлагать тебе сейчас выходить за меня замуж я не имею права. Во-первых, я ещё не разведен, а, во-вторых, у меня, в связи с этим, слишком много проблем. И вешать их на тебя я не имею права. Но и жить без тебя я уже точно не хочу!

– Игорь, ну во-первых, я уже в этих проблемах с головой, так что выдохни! И дыши носом ровно, как говорят одесситы. А во-вторых, давай попробуем! – неожиданно соглашается она и сама сжимает мою ладонь, лежащую на ручке переключения скоростей.

– Что? – я даже опешил, настолько не поверил услышанному, – ты согласна?

– Да! – она рассмеялась, – ты считаешь, что я слишком быстро согласилась? Надо было ещё набить себе цену?

– Ох, женщина! Ты такая одна! Ты знаешь это?

– Нет. До этого момента не знала! – и дальше вдруг и без перехода она прокомментировала первые капли дождя, упавшие на стекло:

– А вот и ливень!

Причем здесь ливень, я не понял. Гроза давно сверкала сзади, догоняя нас, так что в том, что она нас догнала, не было ничего удивительного.

– Значит, сразу сегодня едем к нам?

– Нет! – рассмеялась эта удивительная женщина, – сегодня мы едем ко мне.