Тянусь к нему, но получаю шлепок по руке.

— Раздевайся! Тебе правила, что ли, напомнить?

— Зачем раздеваться? — интересуюсь я и громко икаю.

Глаза расширяются, когда Бурый начинает расстёгивать пуговицы на рубашке. Несколько мгновений, и мужчина стоит передо мной с оголённым торсом. Завороженно наблюдаю, как перекатываются мышцы под загорелой кожей, когда он снимает штаны.

Божечки… Фигура у него лучше, чем у любой фотомодели. Широкие плечи, чётко выраженные плиты грудных мышц, плоский живот с кубиками пресса, узкая талия, крепкие ноги. Глаза застревают на огромной такой выпуклости в боксёрах. Понимаю, что слишком долго пялюсь и смущённо отвожу взгляд.

— Смотри-смотри, — подаёт голос Бурый. — Тебе с ним скоро предстоит близкое знакомство.

— В ваших фантазиях! — дерзко заявляю я.

— Кукла, ты уж определись. Или «ты», или «вы».

Он держит меня за подбородок двумя пальцами и смотрит прямо в глаза. Снова гипнотизирует. Нервно облизываю губы. Он сам словно завороженный следит за моим языком. Склоняется ниже ко мне.

— Раздевайся, — шепчет он в самые губы.

— З-зачем? — начинаю снова заикаться.

— Трахать тебя буду, чтобы согрелась быстрее.

— Но в-вы же об-бещали п-под-дождать?

— Я такого не обещал, — скалится он.

— Гов-ворили, что в-восстан-новлюсь и н-начнём.

— А я передумал…

Глава 11

Бурый

Глаза девчонки широко распахиваются. Они у неё и так огромные, как у куклы, с ресницами густыми и пушистыми, а сейчас ещё больше увеличиваются. Боится меня. Правильно. Пусть боится. Это лучше, чем ещё раз разряд тока получить и отключиться.

Вспоминаю нашу с ней первую встречу и каждый раз улыбаюсь, как дебил.

Я тогда только утром освободился. Год провёл на строгаче.

Конкуренты постарались. Подослали ко мне суку одну хитрожопую. Она не только со мной развлекалась, но и пацанов моих имела, от каждого инфу собирала. Слила всё ментам, меня повязали. Дело быстро сшили, заседания велись на отъебись, я заранее знал свой приговор. Просто ждал."

"По итогу судья заработал славу смелого и отважного, на ментов и прокуроров звёзды посыпались, я в камере оказался. Они были уверены, что я выйду лет через десять в лучшем случае. Забыли, что бабки и связи решают всё.

Я вышел намного раньше. Адвокат мой постарался. На полученную премию хату себе уже купил в Италии на берегу моря.

Своим скорым освобождением я спутал карты всем. Все ждали моего следующего хода.

В ту ночь я вышел из стриптиз-бара, где выебал по очереди трёх тёлок. Голодный был, пиздец. На зону мне привозили девочек, но кайф не тот, не та обстановка. А тут оторвался по полной. Можно было приступать к делам.

Я не успел сесть в машину, когда в меня девчонка мелкая влетела. Футболка на ней была разорвана.