– Я никогда раньше по-настоящему не страдал от проблем с психическим здоровьем, но после этого впал в довольно тяжелую депрессию на целых два года. В тот день у меня отняли все, чего я когда-либо хотел, и я понял, что никогда не смогу этого получить.

Она слегка отстраняется.

– Райан, у тебя может быть все, что ты захочешь. Если ты хочешь семью, ты можешь ее иметь.

– Серьезно, Инд? Я даже не могу заниматься тем, чем мы занимались с тобой прошлой ночью, не сходя с ума. Как, черт возьми, ты думаешь, я когда-нибудь смогу доверять кому-то настолько, чтобы иметь больше? Создать семью? – Я низко опускаю голову.

 – Боже, как неловко.

– Почему ты смущен? Ты не сделал ничего плохого.

– Потому что мне не позволено делать ничего плохого! Никто не должен об этом знать. Люди ожидают, что я буду идеальным, не облажаюсь. Но никто понятия не имеет, что два года кряду меня поднимало с постели лишь контрактное обязательство присутствовать на тренировках и играх. Все остальное время я целыми днями спал, и ел, когда мне об этом напоминали. В моей квартире, – я обвожу рукой комнату, – был гребаный беспорядок. Почему ты думаешь, я сейчас так помешан на чистоте? Я два года жил в грязи, потому что у меня не хватало моральных сил встать и убраться.

Я был в бесконечном круговороте тьмы, и ни одна душа не знала, что после окончания игры их драгоценный золотой баскетбольный мальчик отправлялся домой и жил в нищете.

Я наконец встречаюсь с ней взглядом.

– Черт, – выдыхаю я, обхватывая ее лицо и вытирая слезы подушечками больших пальцев. – Не плачь, Блу. Я не хотел тебя расстраивать.

Она утыкается мне в плечо, пряча лицо. Я пользуюсь возможностью ее обнять, и она тает от моих прикосновений.

– Прости, я не знала, – всхлипывает она. – Я бы чаще убирала за собой. Я думала, ты просто придираешься ко мне из-за того, что я неряха. Я не хотела напоминать тебе о тех днях.

– Ох, Инд. Нет, нет, это не так. Я просто дразнил тебя. – Я слегка поворачиваюсь и тихо говорю, обнимая ее. – Я думаю, что, возможно, для меня это хорошо. То, что ты здесь, помогло мне немного ослабить контроль.

Инди обвивает руками мою шею, глубже зарывается лицом мне в плечо и крепче обхватывает меня бедрами."

"– Но я хочу объясниться. Когда я говорю, что баскетбол – это все, что у меня есть, я не лукавлю.

Как бы пафосно это ни звучало, он меня спас, хотя все развалилось в первую очередь именно из-за него. Я падал по спирали, пока пару лет назад не сумел за него ухватиться. Выкопал себя из этой ямы, взял себя в руки и изобразил сияющую улыбку перед камерами. Перестал впускать в свою жизнь новых людей, но в то же время перевез свою сестру в Чикаго, чтобы не быть одиноким. Я начал проводить все свое время в спортзале, потому что там никто не смог бы приставать ко мне с сексом.