Я хотел каждый день приходить домой, к семье, а меня, черт побери, обыграли."

"Инди обхватывает меня за шею, успокаивающе поглаживая кожу.

– Райан, – говорит она, не зная, что еще добавить.

Я уже перестал плакать, но теперь разрыдалась Инди.

– Это одна из самых ужасных вещей, которые я когда-либо слышала.

Я вытираю ее щеки.

– Вот почему мне так трудно доверять людям. Мной манипулировал единственный человек, который, как я думал, меня любил. Представь, сколько нормальных, простых людей попытались бы использовать меня, если бы я подпустил их достаточно близко.

– Ты купил эту квартиру, чтобы создать семью, – она прикрывает рот ладонью.

 – О боже, моя комната выкрашена в желтый цвет. Эта комната должна была стать…

– Я чертовски ненавижу эту комнату.

Она прячет лицо в ладонях.

– Зачем ты здесь живешь? Эта квартира для тебя как тюрьма. Ты и так едва можешь выйти на улицу, постоянно сидишь дома. В квартире, что купил для жизни, которую планировал.

Я молчу, наблюдая, как она собирает воедино все новые и новые кусочки головоломки.

– Так вот почему ты… с тех пор у тебя никого не было?

Обхватив ее бедра руками, я провожу ладонями по ее легинсам, пытаясь успокоить нас обоих.

– Да. Я пытался вести себя так, словно ничего не случилось, но это никогда не было в моем характере. Через два года после того, как все случилось, у меня было, может быть, всего три девушки. Случайные партнерши. Я их не знал.

Я вытираю ее щеки.

– Пожалуйста, продолжай, – умоляет она, ее карие глаза блестят от слез. Вздохнув, я продолжаю: – Слишком странно для двадцатипятилетнего мужчины – не заниматься сексом, верно? Ну, я пытался, но каждый раз, когда я был с кем-то, я все время думал, пытался понять, как они могут использовать это против меня.

Блу, я был в такой панике, что те несколько раз, когда у меня был секс, я забирал гребаный использованный презерватив с собой и выбрасывал его где-нибудь в другом месте. Вот таким я стал параноиком. Дошло до того, что я понял – все это того не стоит. Я делал это, потому что думал, что должен, поэтому я позволил себе прекратить попытки.

– Так вот почему ты ушел той ночью?

Я киваю:

– Это напугало меня.

– Ты же не думаешь, что я бы…

– Нет, – обрываю я ее прежде, чем она успеет сформулировать это предложение.

Нет, я не думал, что она попытается использовать меня каким-либо образом, в какой-либо форме. – Я просто очень долгое время не позволял себе кого-то хотеть. Меня напугало именно это.

Она одаривает меня мягкой улыбкой, призывая продолжать.

– Но, эм… – Я колеблюсь. – Несмотря на то что тот день был одним из худших в моей жизни, я не сломался. Это стало сигналом к пробуждению и осознанию того, кто я для этого мира. Вот это-то меня и уничтожило. – Я смотрю в сторону, не в силах посмотреть ей в глаза.