Вряд ли Гаррет проверял, насколько завтрак свеж… Но как-то подозрительно он улыбался! Кто вообще способен улыбаться на рассвете, когда нормальным людям хочется кого-нибудь придушить подушкой?

– Северяне, вы когда-нибудь спите? – промычала я, натягивая одеяло до самого носа. – Оставь меня до обеда. Я передумала идти на стихийную магию, пусть ставят прогул. Хочу выспаться, как шай-эрская аристократка.

В подтверждении своих слов я решительно закрыла глаза. Он бесцеремонно щелкнул меня по носу.

– Прикончу! – процедила я сквозь зубы, по-прежнему делая вид, что предпринимаю отчаянные попытки вернуть сон.

– Идем на пляж.

– Холодновато для купания, – проворчала я.

Откровенно сказать, под утро в коттедже вообще заметно похолодало. Теплые жилы, пульсирующие в стенах, справлялись с влажностью внутри комнат, но не с обогревом. А в середине ночи мне открылась ужасная проза жизни: из окон с отличным видом на море просто чудовищно сквозит. Пришлось надевать вторые теплые носки.

– Позавтракаем на свежем воздухе.

– В такую рань?! – подскочила я и испуганно повернулась к Юне, спящей на другой половине кровати.

Вчера она так увлеклась черничным вином, что сегодня наверняка об этом пожалеет. Как и друзья Гаррета, решившие приобщиться к древней шай-эрской традиции застольных игр. Они заявили, что раз показали нам местные развлечения, теперь наша очередь демонстрировать. Я рано ушла спать, но есть у меня подозрение, что на своих ногах из коттеджа уехали не все, некоторые отъехали домой на ногах – в смысле, закорках – своих лакеев. А другие и вовсе отправились на чердак, в комнаты для прислуги – хозяйских спален на всех не хватило.

– Они прилетают только в это время, – туманно сказал Гаррет.

– Возле моря летает кто-то еще, кроме чаек?

– Ты когда-нибудь видела драконовых химер? – ответил он вопросом на вопрос.

– Сто раз в зоопарке магических существ.

– А то, как они играют на воле?

Мы собрали кое-какую снедь для завтрака и тихо сбежали из дома. Спускаясь по крутой каменной лестнице к воде, я крепко держала Гаррета за руку и смотрела на уходящую за горизонт тревожно-серую воду. С приходом холодов море впитывало цвета небесной хмари и становилось графитового цвета.

На отсыревшем темном песке валялись подсыхающие охапки водорослей и плавники, выброшенные волнами на берег.

– В начале недели на побережье был шторм, – пояснил Гаррет непритязательный вид пляжа. – Еще не успели убрать.

– Я непривередливая, – отозвалась я, сосредоточившись на приятном ощущении большой теплой ладони, сжимающей мои пальцы. У Ваэрда всегда были удивительно теплые руки. Таким доверяешь.

Я расстелила на коряжистом топляке прихваченный из гостиной шерстяной плед. На него мы и пристроились.