После денег и обуви нам попался рис. У меня мелькнула мысль взять его с собой на всякий случай, но потом вспомнил, как у нас в лагере с питанием, и все желание таскать лишние тяжести разом пропало. И ведь изначально были у меня мысли, что придется голодать, но снабжение в 1904-м оказалось выше всяческих похвал. Четверть фунта мяса 6 дней в неделю, кроме одного постного! Сухари, тушенка, хлеб… Именно хлеб, настоящий! На каждый полк полагалась передвижная пекарня, которая за день готовила хлеба где-то на дивизию. Такими темпами свежие буханки доставались нашему полку каждые три дня.

"

"Со стороны может показаться – ну, хлеб и хлеб, вон раньше сухари были, так какая разница. А я как врач скажу, какая: чтобы переварить сухарь, энергии уходит в разы больше, а от этого куча желудочных болезней вплоть до заворота кишок. И это не шутка: вон кто-то из солдат решил подкормить пленных японцев, так те с непривычки чуть не сдохли. Вернее, и сдохли бы, если бы я им промывание желудка не устроил. Так что сухарь – это оружие и стратегический запас, а с хлебом у нас во время стоянки почти больных-то и нет.

В общем, рис выкинули, освободив повозки для раненых и другой полезной добычи. Самой главной нашей прелестью стали две горные пушки «Арисака» образца 1898 года. Горные они, потому как готовили их с самого начала, чтобы, что логично, таскать по горам, которых в Корее и Маньчжурии более чем достаточно. И если обычную полевую пушку – хоть нашу, хоть ту же «Арисаку» – сдвинуть с места довольно непросто, то эти легко разбирались на четыре части, которые можно было тащить прямо на себе. Собственно, все в них было сделано в угоду мобильности.

Короткий ствол, легкий поршневой затвор, полное отсутствие противооткатных устройств.

– Как часто такая стреляет? – спросил я у Хорунженкова.

– Около двух раз в минуту, ее ведь каждый раз нужно заново нацеливать, – без раздумий ответил тот.

– А наши? – заинтересовался Буденный.

– От 10 до 15 выстрелов в минуту, – теперь ответил уже Врангель.

– То есть японские сильно хуже? – Интерес будущего красного маршала к добыче резко упал.

– С одной стороны, да, – согласился я. – Вот только наши как поставили на позиции, так они и там и останутся.

А пару таких «Арисак» будет тащить за собой каждый японский полк, чтобы в любой момент поддержать атаку пехоты. И когда с одной стороны ничего, а с другой даже плохонькая пушка, как думаешь, у кого шансы выше?

– А ведь она и низкая, такую легко спрятать, – Семен снова заинтересовался пушкой и принялся замерять ее высоту от земли. – Чуть больше половины аршина всего.

Я тоже обратил внимание – сантиметров сорок. Действительно, для такой оборудовать позицию можно за считаные минуты.