Уже не впервой он подставлял Мишу, а сам выходил сухим из воды, и брат так или иначе всё равно влезал туда, куда лезть совсем не стоило.

– И что теперь?

– Я не только задолжал бабки, я ещё этого человека и подставил. Ну как подставил? – Брат невесело усмехнулся. – У него власть, деньги, связи… ему моя «подстава», как с гуся вода. Но они же мстительные… такие сучата.

– Ясно. А зовут-то хоть как этого всесильного? – уточнила я, всё ещё перебирая в голове, есть ли кто-то, кто может мне в этом помочь.

– А тебе зачем? – мгновенно вскинулся брат. – Я же сказал, сам решу.

– Ага, нарешал уже. На три жизни вперёд, – напомнила я Мише о его прошлых «подвигах».

Брат, надо отдать ему должное, стушевался и опустил взгляд.

– Титов Владислав, – шепнул он, и я вздохнула.

– Ладно. Разберёмся как-нибудь с этим всем, – заверила я брата и всё же поднялась из-за стола. – И пить бросай, хотя бы с утра.

Вымыв чашку, я отправилась в свою комнату. Владислав… похоже, это имя за последние несколько часов уже стало какой-то кармой. Впрочем, сейчас мне было не до этих мистических знаков. Нужно было помочь Мише, и я собиралась предпринять для этого всё, что смогу.

– Эльчик, мы в гости.

После короткого стука в дверь ко мне заглянула мама. Я как раз сидела за компьютером и составляла примерный список того, что нужно будет обновить в антураже кафе. И заодно отвлекалась от тех мыслей, которые так или иначе меня одолевали.

– Повеселитесь там за нас всех, – улыбнулась я.

– А ты так и не рассказала, как сходили.

Мама зашла в комнату и присела на край постели. С того момента, когда я после смерти Севы переехала обратно в родительский дом, она окружила меня такими заботой и вниманием, что мне даже порой становилось неловко. И конечно, очень хотела, чтобы я снова вернулась к жизни.

– Отлично сходили, – соврала я. – Познакомились с новыми людьми. Я даже потанцевала.

– Вот и здорово, – обрадовалась мама. – А мужчины среди новых людей были?

– Конечно, были.

Я физически почувствовала, как моя улыбка становится такой напряжённой, что даже черты лица застывают. Но мама, кажется, ничего не заметила.

– Потом мне всё расскажешь, – проговорила она заговорщическим тоном. Поднялась с постели, подошла ко мне, поцеловала и вышла из комнаты.

А я схватилась за телефон и начала набирать номер Анжелки. Напрасно думала, что смогу сдержаться и заставить себя забыть о Владе. Один разговор с мамой и всё внутри буквально вскипело от потребности разузнать хоть что-то.

– Анжел, слушай… я хотела про Виктора этого твоего спросить, – начала я издалека, когда мы с подругой обменялись банальными ответами на банальное «как дела?».

– А что? Понравился? – удивилась Анжела. – Вообще я думала, что если тебя кто-то заинтересовал, так это Влад.

Чёрт.