Его бизнес – замок из песка, который одним лёгким движением ноги можно снести и сравнять с землей. Завтра в России изменится власть, и он всё потеряет просто потому, что кому-то не угодил или не заплатил.

Всё то, что мне приходилось делать для него, давно претило моей сущности. Сначала я жаждал его одобрения. Похвалы для сироты при живых родителях. Потом, когда понял, что я для него всего лишь бизнес-проект, мне захотелось идти против него, не претворяя его планы в жизнь."

"У меня никогда не было проблем с тем, как заработать деньги. Они сами шли мне в руки, какое бы дело со своими друзьями я ни задумал, оно приносило доход, без проблем с законом и собственной совестью. Пока не в масштабах Анатолия Самгина, но достаточно, чтобы жить свободно. Это был мой дар или суперспособность, кто-то талантливо рисует, а я талантливо добывал бабло. Отец даже не знал, чем я занимаюсь, да и ему, до определённого времени, не было это интересно.

Когда он хотел пообщаться со мной, то просто закрывал мой счёт в банке и ждал, когда я к нему вернусь. И я возвращался. Иногда из-за его денег, потому что умел не только зарабатывать, но и тратить на тёлок и друзей. Но чаще из любопытства или, если быть совсем с собой честным, – надежды, глупой веры в то, что я ему интересен. А ещё, наверное, присущей Самгиным жадности, – я ничем не собирался делиться с Валей и его мамашей. Перед тем как приехать в город Н., ещё думал, что меня с отцом что-то связывает, но теперь он сам обрывал все концы.

Я больше не хотел иметь ничего с ним общего и, как только решу вопросы Алёны, закрою с ним счёт.

Никакие разговоры с ним не помогали. Он видел мой гнев из-за того, что посмел приблизиться к моей девушке, и, как манипулятор, как опытный покерист, играл на моих чувствах.

– А что, сын, – совершенно спокойным тоном, идущим супротив моего взвинченного настроения, внушал он, – заодно и посмотришь, будет ли тебя любить эта девчонка после того, как не исполнит свою спортивную мечту и не попадёт на Олимпийские игры, о которых так грезит. Я видел её, видел, как горели её глаза, когда она говорила о них. Думаешь, что сможешь с этим побороться?

Слова отца больно ранили. Я безумно боялся её потерять, и истина в его словах меня пугала. Алёна никогда не сможет забыть, из-за кого она не попала на игры. Сначала авария, теперь мой отец. Что будет с нашими чувствами по прошествии времени, будет ли ей всегда достаточно меня, без блеска побед? Я в этом сомневался. Если бы мог, увёз бы её куда-нибудь, где до нас не добрался бы мой отец, и зарабатывал бы нам на жизнь, но ведь это невозможно. Ей нужно быть в городе Н. со своим тренером.

– Ты можешь отстать от меня, какого хера ты вмешиваешься в наши жизни?

– Ты мой сын, забыл?

– Но я не твой раб.

– Всё, что я делаю, – для тебя и твоего будущего.