После того как в одном популярном спортивном журнале напечатали мою фотографию, на которой меня сняли с распущенными волосами в ореоле бликов солнца, создавших впечатление, что рыжие пряди горят, меня стали называть не иначе как «огненной девочкой»."

"Выступая на чемпионате Европы, я видела плакаты со своим новым прозвищем и пожеланиями побед, слышала бурную реакцию болельщиков во время награждения и получала колоссальный заряд энергии. Боль в мышцах и суставах уже не казалась такой острой, а усталость невыносимой.

Данилевскому тоже нравилось, что я получаю большой отклик у любителей спортивной гимнастики. Я знала, что, если удачно выступлю на России, попаду в сборную на Олимпиаду, то мне могут предложить рекламные контракты и, возможно, даже удастся купить бабушке желанный дом.

Клим держал меня в неведении о своих планах на мой счёт. Когда была возможность в период чемпионата Европы, я сбегала к нему в номер, и мы просто занимались сексом. У меня не было сил на разговоры, а у него – желания.

Иногда после тяжёлого соревновательного дня, когда я была вымотана и опустошена морально, мне просто хотелось находиться с ним рядом, дышать им, а Клим ни на чём не настаивал. Никогда не спала слаще и крепче, чем в его объятиях.

Я настолько распоясалась, что мне даже было всё равно, что скажет моя соседка по номеру, хотя она, естественно, заметила мои постоянные ночные вылазки. Но, должно быть, в этот раз мне крупно повезло, потому что кроме её любопытных взглядов ко мне ничего не прилетало.

Наутро после того, как лишилась девственности, пыталась найти, что же могло во мне измениться, но ничего кроме блеска в глазах я не обнаружила. А по прошествии времени пришла к окончательному выводу, что начавшаяся сексуальная жизнь никак не выдавала себя. У меня не выросла грудь размера «С» и окружность попы не стала граничить с окружностью Земли, как бы этим ни пугали. В общем, несмотря на то, что с начала пубертатного периода тренеры настаивали на половом воздержании, грозя негативным выбросом гормонов, как попкорн меня не разбомбило.

Как ни странно, но прав был именно Клим. Секс с ним расслаблял моё тело и мозг, очищая от лишних мыслей и отголосков спортивной усталости.

Мы отдыхали после близости в том же номере гостиницы, но почему-то на толстом восточном ковре вместо кровати, даже не помня, как там оказались. Я, лёжа на нём, соединяла указательным пальцем маленькие родинки на его груди и торсе, пока он ленивым, сытым взглядом следил за моими движениями.

– Ты знаешь, что ты мой космос? – спрашиваю его, разглядев очередное созвездие.

– Неужели? – произносит он с сомнением.

– Угу, – прикусываю губу, веселясь, – смотри, это «ковш» Большой Медведицы.