Я не вышла на работу, и меня начало ломать. Страшно ломать. Я думала с ума сойду. Если бы не тетка, которая не дала мне ему позвонить, да знакомую медсестру не вызвала, которая мне капельницу поставила от интоксикации, я бы не смогла справиться.

Через несколько дней мне пришло известие, что Макса убили в тюрьме. ОН позвонил и сказал, что если я не вернусь, то пострадает моя Инга.

И я все бросила, взяла Ингу и вернулась в Москву к отцу, в надежде, что он мне поможет.

– Но он не захотел помогать, – ответил за Гелю Михен.

А она закрыло лицо ладонями, чтобы спрятать ту боль, что тогда испытала, стоя на пороге квартиры отца вместе с маленькой Ингой. Он вышел, дал ей денег на первое время, и сказал, что не хочет видеть у себя в доме, и вообще помогает в последний раз. На внучку, даже не взглянул.

Это был очень краткий пересказ о тех событиях. Геля умолчала о многом. Когда-нибудь она может и решиться рассказать обо всем. Но даже то, что она рассказала сейчас, уже это было очень большим прогрессом. Девушка держала эту историю в себе много лет и ни с кем, никогда не делилась. Но сейчас, когда она видела ЕГО, все внутри нее всколыхнулось, и она не смогла сдержаться.

Михен подошел к ней, поднял на руки, и понес в кровать, чувствуя себя полным ублюдком. Ведь их первый секс начинался, точно так же…

– Все будет хорошо, – прошептал он ей, укладывая девушку в постель, и ложась рядом. – Он тебя больше не обидит, я позабочусь об этом.

– Я не боюсь, что меня обидит он, кишка тонка, – жестким тоном сказала Геля, напрягаясь всем телом, – Я уже далеко не та глупая простушка. С ним я и сама разберусь, если он вдруг появится на горизонте. Я боюсь другого.

Михен прижал к своей груди ощетинившегося ёжика, и поцеловал в нахмуренный лоб.

– Я знаю, ты думаешь, что я такой же, – прошептал он в ее макушку. – Я не идеал, ежик мой. Но я клянусь, что никогда не сделаю тебе больно, по крайней мере намерено, и всегда буду стараться делать и тебя и Ингу, и наших будущих детей счастливыми.

Геля еще сильнее напряглась в его руках.

– Наших детей? – с удивлением спросила она.

А Михен вдруг понял, что не сможет ее обманывать, у него просто нет морального права, после того, как Ангел поведала ему о своем прошлом. Мысленно выдохнув, он решился:

– Я хочу, чтобы ты прекратила пить таблетки, и мы завели ребенка. Я очень хочу этого ребенка.

Геля долго молчала, так долго, что Михен уже решил, что она уснула, но очень тихо, девушка вдруг произнесла:

– Я не буду пить таблетки…

И мужчина почувствовал себя, самым счастливым человеком на свете.

Возможно, когда-нибудь много-много лет спустя, он расскажет ей о том, как первый раз соблазнил, и о том, что виновен в том, что Инга попала в больницу.