Но я не роптала, так как надеялась на то, что Валентин Михайлович, поможет с делом Макса. Однажды в офисе появился его сын, он тоже был адвокатом, ездил куда-то в командировку, вернулся. Я тогда даже внимания на него не обратила. Мне не до этого было, работы было слишком много. Зато он обратил. А через пару месяцев Валентин Михайлович объявил мне, что именно его сын будет заниматься делом Макса."

"Я еще обрадовалась, так как до этого от знакомых узнала, что сын Валентина Михайловича блестящий адвокат, еще ни одного дела, за которое брался не проиграл. Его имя, – Геля остановилась, и не смогла произнести. Но Михен молчал, боясь прервать девушку, так как она впервые за целый год совместной жизни, решилась открыться ему, и он понял, что должен выслушать всё до конца. Сделав несколько жадных глотков воды, Геля махнула рукой: – Неважно. Он тогда пригласил меня зачем-то в ресторан на обед. Под предлогом того, что хочет накормить, а заодно дело обсудить. Я отнекивалась, но он шутками меня успокоил, сказав, что смотреть на мой изможденный вид, в течении двух месяцев уже устал. Марина Борисовна, секретарь, которой я помогла, меня подтолкнула, сказав, что ОН нормальный мужчина, ничего плохого не сделает, ему, кстати, тогда двадцать семь было. – Геля поставила стакан на стол. И взявшись за поясок своего халата, начала его теребить, и смотреть куда-то вдаль, вспоминая своё прошлое. – Тогда я сама не поняла, как… но из ресторана мы поехали к нему домой, якобы захватить какие-то еще одни документы. Я не знаю, все было так странно, словно в тумане и тело горело. – Геля выдохнула шепотом: – От возбуждения.

А Михен задержал дыхание, понимая, что тогда произошло с девушкой.

– Я потом больше не хотела, – продолжила Геля. – Мне было противно, что я умудрилась предать Макса. А ОН меня успокаивал, что это нормально, это просто физиология, так бывает. Я одинокая, уставшая девушка. Со всеми бывает.

Геля посмотрела на Михена и ее лицо исказилось.

– Но я-то себя знала, я не могла просто взять и… Я любила Макса! И поэтому решила отказаться от услуг, уйти из конторы.

Геля опять схватилась за стакан, но он оказался пуст. Тогда Михен выхватил его из трясущихся рук девушки, и налил в него из графина воды.

– Я уволилась, – продолжила она, после того, как опять сделала несколько жадных глотков. – А через пару дней, мне позвонили, и сказали, что Макс хочет со мной встретиться. Я даже удивилась тогда. Назначать свидания было очень сложно, нужно было кучу инстанций пройти, а тут… Но я все равно пошла. Конечно же, я не хотела ему что-то рассказывать. Человек и так сидит в тюрьме, и узнать о предательстве жены… это слишком. Я думала, что честно признаюсь ему во всем, когда он выйдет.