В чем она заключалась? Отвечу так: в Кадзуэ совсем не было злости. Так же, как и в Юрико. В этом смысле они были похожи. Они оказались полностью во власти обстоятельств и не могли им противостоять. Для меня это банальнейшая истина. Будь это в моих силах, я поселила бы в их душах демонов.

Вы, верно, хотите, чтобы я рассказала о той самой группе поддержки? Хорошо. Картина — как в детских комиксах. Только не смейтесь."

"То был знаменитый — и не только в нашей школе — «звездный» состав. На матчах по бейсболу и регби, в которых участвовали команды университета Q., они зажигали по полной, отплясывая на поле с помпонами.

Нарядившись в яркие короткие юбчонки, раскрашенные в сине-золотые университетские цвета, и распустив длинные волосы, дрыгали ногами, сопровождая это действо пронзительными криками. Фан-клубы есть во многих университетах, и я не раз удивлялась тому, что там творится. Я была далека от всего этого и не подозревала, что одноклассницы, сгорая от зависти и ревности, всю дорогу сплетничали об одной девчонке, которая пользовалась успехом у парней. Группа поддержки! Этих слов было достаточно, чтобы привлечь внимание. О группе писали в журналах, короче, она была фантастически популярна. И не только у нас, но и в других школах и университетах.

Чтобы попасть в группу поддержки, надо было иметь соответствующую внешность. Хотя в открытую об этом не говорилось. Некрасивых туда не принимали. Поэтому те, кто не был в себе уверен, туда и не совались. Кому охота позориться. Все подступы занимала «элита», ожидавшая набора в число избранных.

Школьницы выступали вместе с университетской группой поддержки: получалась как бы сплоченная команда из старших и младших, где признавали только «чистокровок».

Своего рода элитный клуб, куда даже из тех, кто учился с первого класса, отбирали одних красоток да любительниц разных шоу. Об этом, конечно, не говорили, хотя можно было б и так догадаться. Но Кадзуэ в такие тонкости не врубалась.

— Подумаешь, послали. Ну и что? Туда же не всех принимают.

Я, конечно, понимала, в чем причина. Но мне хотелось услышать это от Кадзуэ.

— Вот-вот. Слушай! Такая наглость! Подала заявление, мне сказали, что будет собеседование с кем-то из университета, с какой-то старшекурсницей. Жду-жду, результат — ноль.

Я взяла и спросила вон у той, в чем дело.

Кадзуэ с досадой ткнула пальцем в сторону сидевшей на скамейке у корта длинноногой девчонки в белых шортах. Подставив лицо солнцу, она с наслаждением жмурилась под солнечными лучами. Рукава ее майки были подвернуты до самых плеч. Узкие, косо прорезанные глаза; совсем не красавица, но в ней чувствовался стиль и блеск, отличавший всю группу поддержки. Во всяком случае, на таких обращают внимание.

— Знаешь, что она мне ответила? «Ты собеседование провалила».