Харрисон ужасно не хотел, чтобы она ехала, но не смог ей отказать. И он знал, что она проявит выдержку и отвагу, что бы ни случилось.

На нем были его любимые сапоги выше колена, свободные бриджи и белая рубашка с широкими рукавами. Он не надел ни сюртук, ни жилет, ни галстук – все это могло бы стеснить его. Накануне, упражняясь, он долго орудовал шпагой, так что в конце концов даже рука заныла, после этого поспал несколько часов, а ближе к рассвету к нему приехал Брэй.

Не было ни малейшего сомнения в том, что капитан Максуэлл – превосходный фехтовальщик. Еще бы! Ведь он почти двадцать лет прослужил в армии. Но все же он лишился глаза… И можно было бы воспользоваться этим.

Через некоторое время дверь экипажа открылась, и Брэй, державший в руке шпагу друга, объявил:

– Пора, Харрисон.

– Все в порядке? – спросил граф.

– Да, конечно. Неограниченное время, никакого вмешательства посторонних и никто не посмеет остановить поединок.

– Но как же… – Анджелина подалась вперед."

"– Дорогая, помните свое обещание, – тихо сказал Харрисон.

Девушка кивнула и прошептала:

– Я люблю тебя.

Граф кивнул и посмотрел на мистера Рула.

– Сэр, постарайтесь удержать ее на месте.

С этими словами граф вышел из экипажа и прикрыл за собой дверь. Осмотревшись, он увидел десятка два зевак, окруживших небольшую поляну. Неподалеку выстроились в ряд экипажи. Почки на деревьях уже набухли, а на траве серебрилась роса. Было немного прохладно, но такая погода нисколько не помешала бы поединку.

Сунув руку в карман, граф вытащил повязку и принялся пристраивать ее над правым глазом.

– Какого черта? – прошипел Брэй. – Немедленно отдай!

Он протянул к повязке руку, но Харрисон ловко увернулся.

– Это будет честный поединок, – пояснил он, затягивая на затылке тонкие кожаные ремешки.

– Все и без этого достаточно справедливо, – возразил Брэй. – Когда-то я позволял тебе слишком много опасных и глупых выходок, так что хоть теперь…

– А я тебе многое позволял, – перебил Харрисон.

– Но в то время мы были молоды и не ценили жизнь. Вообще ничего не ценили. А теперь у тебя Анджелина. Пойми, глупо лишать себя преимущества.

– Возможно, – кивнул граф, пожимая плечами.

Тяжело вздохнув, герцог посмотрел другу прямо в глаза и прошептал:

– Ты знаешь, что делаешь, верно? Надеешься, что повязка обозлит его и он забудет об осторожности?

– Я уже сказал, что хочу драться честно, – заявил Харрисон.

Брэй протянул ему шпагу, но тут раздался голос Максуэлла.

– Торнуик, уберите это! – завопил капитан.

Харрисон взглянул на него. Максуэлл сбросил мундир и также остался лишь в бриджах, сапогах и рубашке.

– Вы издеваетесь надо мной?! – снова закричал офицер. – Немедленно снимайте! – Единственный глаз Максуэлла яростно сверкал.