И лишь через десять минут вернулся с несколько раздраженным мастером.

– Чего тебе?

– Я хочу сделать…

– Я уже знаю. Ты не похож на того, кто в состоянии сделать большой заказ.

– Я представляю интересы графа Триполи Андреаса де Шат. Возможно вы слушали о таком?

– Нет.

– Год назад он сумел малыми силами на голову разгромить турок. И именно из-за него оскандалился двор Руа де Франс.

– О! – вскинул брови мастер. – Да, что-то слышал. Но я не знаю, способен ли граф заплатить за большой заказ."

"– Здесь предоплата. – махнул он на небольшой сундучок, что несли два человека. И, видя отсутствие реакции, кивнул и третий его спутник открыл крышку, под которой сверкали чистенькие, новенькие талеры.

– Другое дело, – расплылся в максимально благожелательной улыбке мастер. – Прошу. Проходите. Что вы стоите в дверях? Серьезные дела нужно обсуждать, не утруждая ноги…

Прошли.

Расположились.

– Я вас внимательно слушаю, – наконец произнес мастер.

– Граф хочет заказать у вас оружие.

– Слухи до меня доносили, что он отменно владеет саблей.

– Значит вы о нем слышали?

– Немного.

– Хорошо. Но нет. Графа интересует не сабля. Он хотел бы заказать kriegsrapier.

– Понимаю. В какой отделке?

– В максимально простой.

– А вот теперь я вас не понимаю. Вы же сказали, что хотите сделать большой заказ.

– А он и будет большой. Граф хочет заказать тысячу kriegsrapier наилучшей ковки в максимально простой отделке.

– Тысячу?! – ахнул мастер.

– Предельно одинаковых. И чтобы клинки у них были самыми лучшими из тех, которые вы только сможете сделать.

– Боже мой… это необычно… Но почему простой отделки?

– Он, видите ли, считает, что украшение в настоящем оружии не уместно. Что настоящая красота клинка в ее линиях, его материале, в закалке. И укрывать все это резьбой, травлением и позолотой – лишь пачкать. По его мнению, настоящий клинок красив своей смертельной грацией. А он, уж поверьте, лучший мастер клинка, которых я встречал.

– А многих ли вы встречали?

– А Париже я был занозой в заднице у Руа из-за дуэлей. На приеме же у Рея Испании мне было отказано в демонстрации своего мастерства во владении клинком, когда я давал оценку графу. Нашлись те, с кем я уже скрещивал рапиры.

– Анри… Анри… это не за вами по всей Франции бегали люди Руа? – улыбнулся мастер-оружейник.

– За мной.

– После того, как вы представляли интересы султана и проиграли.

– Верно. Это был поединок чести. И я могу вам поклясться – я приложил все свое мастерство к победе. Но граф играл со мной как кошка с мышкой. Он на голову превосходил меня. А потом, после своей победы, еще и оказал помощь, спася от смерти. Сами знаете – большие открыты раны опасны. Я клянусь своей честью, клинком и бессмертной душей – он лучший известный мне мастер поединков. А известны мне многие.