Я сделала ещё один шаг до постели и устало опустилась вниз:

- Боюсь, что на сегодня достаточно – строго сказала давешняя медсестра, предмет мечтаний моего домового.

- Ну вот… - огорчилась Лизка – а можно нам будет прийти завтра?

- Еда – дрянь! – откровенно сообщил Донатий, доедая морковное суфле из моего ужина – блохастый твой передаёт тебе привет и слёзно просит, чтоб ты его забрала поскорее. Этот ужасть, Лизавета, похлопывает его по пузу и говорит, будто он хороший пёсик. Жалко блохастого!

Донатий вернулся с «полей» и теперь делился новостями.

- Димке твоему новую звёздочку дали. Одну, правда. Другие забрали. У нас не забалуешь!

- А… что с тем человеком, который на меня напал? – я долго решалась, прежде, чем спросить.

Шиза пренебрежительно фыркнула. Донатий тоже удивился моему вопросу, да так, что даже немного высунулся из сумки на колёсиках.

- Так помер он. Там же, у том лесочке. От болевого шока и обширной кровопотери – явно повторил чьи-то слова Донатий.

Эпилог

Я приоткрыла глаза. По телу разлилась страшная усталость, да и ног я словно не чувствовала. Я повела головой из стороны в сторону, и узнала знакомые больничные стены. Некоторое время тупо смотрела на них. Фу-х! Как будто снова вернулась в тот момент, когда лежала в реанимации после нападения маньяка.

Я автоматически потрогала рукой шею – сколько времени прошло, а этот шрам до сих пор на месте. Мой супруг говорит, что это показатель моего героизма, а моя сестра – что это просто «фактор дебильности». Я предпочитаю думать, что всё же я герой. Во всяком случае, грамотку повесила на стенку, только вот она довольно быстро оттуда испарилась… а из чуланчика Донатия частенько доносятся лекции о героических подвигах, которые он частенько проводит для моего волка…

- Отдыхаете, мамочка? – в палату размашистым шагом зашёл врач – неонатолог – отдыхайте! Судя по вашему состоянию, операция прошла неплохо. Ребёнка я осмотрела. Она удивительно здоровая и крепкая девочка.

Следом за врачом в палату осторожно внедрился мой дражайший супруг Дмитрий с помятым лицом.

- Спал вот тут, у тебя за перегородкой, на диванчике – немного смущаясь, признался он.

Должно быть, у меня был весьма очумевший вид, поскольку Дима решил пояснить:

- Если ты припоминаешь, то вчера мы приехали в женскую поликлинику на консультацию с врачом. Ты тогда говорила доктору, что тебе рожать ещё рано… одним словом, вот… у нас дочь, сама слышала.

У входа в мою палату послышался какой-то шум, тихая возня, и вот – открывается дверь и в палату вваливаются мои дорогие родственники – София и её дочь Елизавета.

- Аня! Вот, эти цветочки тебе! – смущённо говорит Лизаветка и едва не падает прямо на мой подарок.