И как бы мне выбросить из своей речи анахронизмы? Стараюсь, постоянно себя ругаю, но все равно, лезут.

Послушно повернулся и моя кухарка — а еще камердинерша, воспитанница и ангел-хранитель в одном лице, провела по спине влажной платяной щеткой."

"— Теперь не стыдно ваше высокое благородие в люди вывести, — с удовлетворением проговорила Анька.

Можно подумать, что я свататься иду или направляюсь на собственную свадьбу? И всего-то — на вечеринку, посвященную Дню Ангела моей Леночки. Конечно, будут там и родственники, и подруги невесты, но я их уже видел, поздно впечатление производить.

Но Анна Игнатьевна так не считала, поэтому особо тщательно нагладила мой парадный мундир, выдала самый накрахмаленный воротничок и приказала прикрепить не «повседневный» — то есть, не «казенный» крестик святого Владимира, а «парадный», присланный батюшкой. Еще и вся изворчалась — дескать, побриться надо почище, и мыльную пену с ушей смыть.

В последний раз меня так старательно собирали лет так… двадцать с лишним назад, когда отправляли в первый класс. Но про бритье родители не говорили.

— Не вздумай напиться, — строго предупредила девчонка.

— Рассола у нас нынче нет, за опохмелкой не побегу, будешь мучиться.

— Когда это я напивался? — возмутился я.

— А кто с Пачи на бровях приехал? Кого я с утра рассолом отпаивала?

— Один-то раз в жизни и было, — проворчал я. — Проявил человеческую слабость, составил компанию хорошим людям, а ты меня теперь до пенсии попрекать станешь? Да и с кем там пить-то? С тестем, что ли? С тестем мы позже напьемся, после свадьбы.

— Горе ты мое, — вздохнула Анька, притягивая меня к себе. Чмокнула в лобик, а потом даже перекрестила: — Иди уж, чудо в перьях, невеста заждалась.

Кажется, не я ее удочерил, а она меня усыновила. Немножко стыдно, что ухожу праздновать, а девчонка остается дома. Но не положено Анне по вечерам на праздники ходить.

Так что, бедные гимназистки. А на днях я узнал, что по неофициальным правилам, нынешние учителя тоже бедные. Им, например, полагается находиться дома с 8 вечера и до 6 утра. Посещать рестораны и кафе можно, но засиживаться нельзя. Еще запрещалось выезжать из города без разрешения администрации гимназии. Про такие вещи, как курение, возможность красить волосы — вообще молчу.

А если, допустим, седину подкрасить?

Еще запрещено носить одежду ярких тонов. Но здесь, наверное, есть доля истины. Учительница в платье «вырви-глаз» будет отвлекать учеников от уроков.

Но больше всего меня удивило правило, по которому учительница обязана носить под верхним платьем аж две юбки! На кой сразу-то две? Спросить бы у кого — а как это администрация гимназии проверяет? Неужто под юбки заглядывает? Спросил бы у Леночки, так неловко. Ладно, когда поженимся, тогда узнаю.