У Лины создалось ощущение, что жители Искры постоянно что–то себе режут, растягивают мышцы и сухожилия, покрываются сыпью, заболевают. Доктор давала им лекарство или перевязывала рану. А через несколько дней пациенты что–то приносили ей: яйца, банку соленых огурцов, мешочек с чистыми тряпками.

Лина не встречала более неорганизованного человека, чем доктор Эстер. Однажды в ее отсутствие девушка заглянула в медицинскую комнату, и ее поразил царящий там хаос: полки, комоды, столы занимали заполненные чем–то бутылки, коробки, банки. Удивительно, как доктору удавалось найти нужное лекарство!

Ей понадобилась пара дней только для того, чтобы сообразить, какую помощь может оказать Лина.

Но, когда сообразила, принялась давать одно задание за другим, иногда — несколько сразу, часто забывая, что Лина понятия не имеет, как их выполнить.

— Ты можешь полить спаржу? — спрашивала доктор. Но, прежде чем Лина успевала узнать, что такое спаржа, где ее найти и куда наливать воду, доктор говорила: — А потом ты можешь взять тряпки в корзине на кухне и порвать их на бинты. Когда с этим закончишь, вымой пол в медицинской комнате.

Я что–то там на днях просыпала, вроде бы у окна. И куры, куры… Их нужно покормить.

Потом доктор выбегала за дверь, а Лина перебирала в памяти задания и думала, как с ними управиться.

Лина находила здешнюю жизнь крайне неудобной. Чтобы набрать воды, приходилось выходить за калитку к колонке, поднимать и опускать длинную ручку, которая двигалась очень туго. Чтобы справить естественную нужду, нужно было идти через двор в маленькую вонючую будку. По вечерам дом освещался только свечами, и поначалу она думала, что нет плиты для приготовления пищи.

«Ах да, — ответила на ее вопрос доктор. — Плита есть. — Она указала на черную железную бочку в углу кухни. — Но летом я ею практически не пользуюсь. Слишком много времени и сил уходит на то, чтобы поддерживать огонь, и на кухне становится очень жарко. Так что летом мы едим все холодное».

Когда же доктор хотела что–то приготовить, например, вскипятить воду для яйца или чая, она садилась на корточки, засовывала сухую траву и веточки в чрево плиты и поджигала их. Иногда она пользовалась спичками, но чаще ударяла друг о друга два каких–то камня, пока они не высекали искру, от которой загоралась трава.

Когда огонь набирал силу, доктор подкладывала в топку веточки, плита разогревалась, и со временем вода закипала. Этого огня Лина не боялась, хотя и старалась не подходить близко. По крайней мере, он находился внутри железной бочки и не мог прыгнуть на нее, как огонь из камина. К счастью, после того первого вечера доктор больше не разжигала камин. Дни становились все теплее, и холодные ночи остались в прошлом. Так что теперь они могли обойтись без обогрева.