Мне хватило этой фразы, чтобы провести параллель с весьма сходной ситуацией, в которой один дракон просил довериться ему. Примерно так же, как просили и вы. И ровно с той же оговоркой про контракт.

На миг я умолкла, переведя дух, затем, уже гораздо тише продолжила:

– Подписав контракт профессора Стентона, я разрушила свою жизнь. Я уничтожила себя, свою репутацию, свое имя, но самое ужасное заключается даже не в том, что я об этом ничего не знала. А в том, что это было всего лишь прихотью профессора Стентона! Он уничтожил меня просто потому, что не хотел делить меня с моей же семьей… Так по-драконовски, вы не находите?

Глаза жгли слезы, так и не выплаканные слезы безумной, но вполне обоснованной обиды. Я до сих пор не могла понять – зачем? Зачем было так поступать со мной, с моей семьей, с моим женихом и даже с собственной прислугой. Зачем? За что? Ради чего?"

"– В какой-то степени я благодарна вам – именно вы раскрыли мне глаза на произошедшее, остальные попросту не смогли совершить подобное из жалости… Из жалости ко мне.

Лорд Арнел мгновенно отвернулся в попытке скрыть ярость, промелькнувшую на его лице. Да, он был зол, причем исключительно на себя.

– Мне казалось, я давно выросла, но по-настоящему я повзрослела вчера, – продолжила с горькой усмешкой.

Судорожно вздохнув, дракон вполне искренне произнес:

– Мне жаль.

Что ж, не менее искренне ответила:

– Сомневаюсь.

Дверь распахнулась, вошла миссис Макстон, неся поднос с чаем, и едва она остановилась, с удивлением воззрившись на застывшую во времени чету Эньо, я задала всего один вопрос:

– Миссис Макстон, а что вы думаете о лорде Гордане?

Не отрывая взгляда от начавших двигаться, но как-то исключительно медленно доктора и его супруги, моя домоправительница рассеянно ответила:

– О, очень достойный молодой чело… дракон. Мы с миссис Эньо как раз говорили о нем накануне и сошлись во мнении, что его воспитанность и благородство как ничто иное отражают его же сущность. Несомненно, он полюбил вас с первого взгляда, но такие мужчины, как он, даже влюбившись, никогда не стали бы торопить события, и лорд Гордан так мило и трепетно ухаживал за вами, как ухаживал бы только по-настоящему влюбленный джентльмен.

В этот момент до миссис Макстон дошел факт пребывания у моего болезненного одра лорда Арнела, и она умолкла, держа поднос и встревоженно глядя уже на меня. Я ответила грустной улыбкой, вновь повернулась к застывшему изваянием сдержанности градоправителю Вестернадана и с горечью произнесла:

– В вас удивительным образом сочетаются коварство профессора Стентона и благородство лорда Гордана. Но что-то мне подсказывает, что, если бы вы действительно были влюблены в меня, ваши действия носили бы абсолютно иной характер, не так ли?

Лорд Арнел промолчал.