Последнюю матриархальным триумвиратом в лице Бетси, миссис Макстон и миссис Эньо было решено распустить до времени, но я попросила этого не делать – чепчик вышел на удивление милым, розово-белым, как зимняя заря, он казался легким и воздушным… не припомню, чтобы я когда-либо видела что-то столь же милое. Лорд Гордан, неведомо каким образом еще остающийся в сознании, хотя я приготовила несколько заклинаний на случай, если он провалится в беспамятство, также оценил чепчик, и его оставили в первозданном виде.

А вот лорда Гордана оставить в том виде, в коем он сейчас пребывал, я не могла – мы дошли до финальной стадии, стадии полного оборота, а делать это в подземелье моего дома не представлялось возможным, как и вывести дракона наружу, потому как… Зверь ждал. Неимоверно бесился, несколько раз пытался достать подносящего воду мистера Оннера, но получил ведром по морде и больше не высовывался. Не высовывался, но выжидал, и я ощущала его присутствие. И это невероятно тревожило меня – контролировать лорда Гордана постоянно я не могла ни физически, ни магически, но и вывести его во двор не могла также – у меня попросту не было сил даже на то, чтобы встать и идти ровно, а доктор Эньо был вынужден уже трижды останавливать мое носовое кровотечение.

И я судорожно размышляла о том, что же мне делать, когда дверь в подземелье с грохотом распахнулась и прозвучал негромкий, властный, пугающий до дрожи голос:

– Мисс Ваерти."

"Видит бог, на этот раз я бесконечно обрадовалась приходу градоправителя Вестернадана.

– Лорд Арнел, вы появились как никогда кстати! – воскликнула я.

Но не могу сказать, что сам дракон был рад. От него, стоящего на самом верху спускающейся в подземелье лестницы, веяло холодом столь значительно, что свечи, уже и так многое испытавшие в эту ночь, внезапно начали гореть настолько тускло, что, казалось, еще немного, и они погаснут, погружая всех нас в абсолютный мрак. В любое другое время это насторожило бы меня, но не сейчас. Подавляющая неимоверным могуществом сила этого дракона сейчас требовалась мне как воздух. Просто в ином случае я вполне могла перестать дышать примерно так навечно. И не только я, боюсь, мои близкие тоже были под угрозой, а потому да, лорд Арнел появился очень вовремя.

И я, не сдержав облегченного вздоха, провела по волосам тяжело и хрипло дышавшего лорда Гордана и сообщила:

– Вам придется встать.

Он неимоверным усилием оторвал голову от камня, частично покрытого его кровью, и произнес:

– Я понял, сейчас.

Ни возражений, ни жалоб, ни слова об очевидном – самостоятельно встать он не мог, это понимала я, это понимали все присутствующие, и это, несомненно, понимал лорд Гордан. Понимал, но все равно собирался совершить невозможное, не прибегая ни к чьей помощи.